Цитаты про Америку

Мы подготовили для вас подборку лучших, по нашему мнению, цитат про Америку. Среди поучительных и полезных жизненных высказываний, мы надеемся, вы найдете нужное.

Смотреть, как смелые афганцы воюют против современной военной техники с простейшим оружием – это настоящее вдохновение для всех, кто любит свободу. Их смелость преподаёт нам важнейший урок – в этом мире есть вещи, которые стоит защищать. Я говорю жителям Афганистана – мы восхищаемся вашим героизмом, вашей преданностью свободе, вашей непрекращающейся борьбой против ваших угнетателей.


Ааа, Америка! Ты подарила миру СПИД!

Слава в Америке – это товар. И как всякий товар в Америке, она приносит прибыль не тому, кто ее произвел, а тому, кто ею торгует.

— Получается, мы, Россия, должны отказаться от чего-то того…
— Чего не было.
— Это мы всегда рады. Я предлагаю, прежде всего, отозвать гигантскую Годзиллу, которая идёт по дну Атлантического Океана с пистолетом Макарова на Америку.

— Феерверки. Он возит их из Шанхая. Вы знали, что 93% феерверков в Америке — китайские?
— Даже четвертое июля сделано в Китае!

Америка – это 250 миллионов мудаков, которые сами себе запретили употреблять слово «мудак».

— Слушай, не знаю, как там у вас в Израиле, а в Америке нельзя просто так прийти и отобрать у нас землю!
— Ну вообще-то именно так ваша страна и была основана.

… ключевой момент. Принципиальное разногласие и непонимание наших американистов и наших политиков. Мы каждый раз считаем, что американцы мыслят примерно как мы. Поэтому каждый раз когда мы садимся за стол переговоров, то… ну мы же договорились. А у американцев этого нет. Они — прагматики. И они договариваются исключительно по тому вопросу, который обсуждают. Ни влево ни вправо. И когда что-то вдруг мы делаем для них хорошее, и ждем от них ответа, они не понимают вообще, о чем мы говорим. Нам надо вот это осознать.

… Байрону легко было быть Байроном… превыше всего Байрон жил в в Англии и в Европе, где уж много сотен лет была готова литературная аудитория, а не в Америке, где общество состояло, да и теперь состоит, главным образом из искателей доллара и учредителей деловых предприятий и где умственная грубость и художественная тупость — господствующий факт.

Первое правило Америки — никого в машину не сажать.

Американская система здравоохранения больше похожа на «налет бандитов, чем на человеколюбивую медицинскую помощь».
Порядка 47 млн американцев не имеют медицинской страховки, без которой невозможно рассчитывать на лечение – оно настолько дорого, что лишь очень немногие могут оплачивать его. 45 млн – это 15 % населения США, которые фактически не могут рассчитывать на медицинские услуги. Американская медицина справедливо считается одной из сильнейших в мире. Но сама система здравоохранения, вне всякого сомнения, является одной из худших.

Они [Президенты САСШ] клятву произносят своему народу на чем? На Библии. А в Библии что сказано? Что перед Господом все равны. В Библии брак – это союз между мужчиной и женщиной. Он клянётся на Библии, и нарушает ее. Значит, он нарушает данную им клятву американскому народу. В этих вещах очень много противоречий. И это совсем не значит, что мы должны следовать их примеру, у каждого народа и у каждого человека своя судьба.

Я убежден, что Соединенные Штаты движутся к пропасти. Поначалу американцы наслаждались одной победой за другой. Но так не может быть вечно. Мы, арабы, говорим: «Тот, кто смеется в начале, заплачет потом».

Вот девушка с газельими глазами
Выходит замуж за американца,
Зачем Колумб Америку открыл?

Трамп — трагический герой. Архетип героев Софокла. Эдип нарцисс, Аякс тщеславен: доспехи причитались ему, а достались ловкачу истеблишмента Одиссею, кому подыгрывали боги с вершины Олимпа. Таким же изображает Трампа Майкл Вульф в книге «Огонь и ярость», рассказывая — с подачи Бэннона, у которого с Трампом свои считалки, — как по ночам Трамп в приступах психоза мечется по комнатам, поглощает фастфуд и пялится в тупые Fox News шоу.

 Это у вас в Америке удача, а у нас в России — утро

Единственное, что может разрушить США, это внутренние проблемы. И нужно смотреть, у кого больше проблем (Россия, Китай, Америка). На мой взгляд, гораздо больше проблем у США. История, начавшаяся год назад, продолжается. Год назад было восстание, а сегодня это все больше похоже на Временное правительство. Борьба кланов, борьба партий, к власти пришли либералы. Как у нас в феврале 1917 года. Проблема либералов в том, что они начинают почковаться, делиться, и не могут консолидировать власть. Это делает Америку очень уязвимой. При всей их мощи.

Кто сказал, что американская пресса продажна? Нет, она не продажна, просто она продана один раз и навсегда.

— Прежде это был День перемирия. Теперь День ветеранов.
— Это тебя расстроило? — спросила она.
— Это такая чертова дешевка, так чертовски типично для Америки, — сказал я. — Раньше это был день памяти жертв первой мировой войны, но живые не смогли удержаться, чтобы не заграбастать его, желая приписать себе славу погибших. Так типично, так типично. Как только в этой стране появляется что то достойное, его рвут в клочья и бросают толпе.
— Ты ненавидишь Америку, да?
— Это так же глупо, как и любить ее, — сказал я. — Я не могу испытывать к ней никаких чувств, потому что недвижимость меня не интересует.

Моему сыну двадцать три года. Позавчера он высказал мне все, что думает о том, как дурно управляет страной наше правительство. Америка разобщена сильнее, чем когда-либо прежде, неравенство усугубляется, власти ни перед чем не останавливаются. Я сознаю, что его критика вполне обоснованна. Мои друзья с редким упорством ведут к упадку все: программы образования, здравохранение, экологию, правосудие, гражданские свободы.

Недоумок, сочинивший национальный гимн, знал, что делал. Он поставил слово «свободный» на такую высокую ноту, что её никто не может взять.

Колумб! Открыл? Посмотрел? Закрой обратно!

У мистера Адамса было легкое отношение к деньгам — немного юмора и совсем уже мало уважения. В этом смысле он совсем не был похож на американца.
Настоящий американец готов отнестись юмористически ко всему на свете, но только не к деньгам.

Я верну Америку к тем славным временам, когда по улицам ходили гигантские двуногие ящеры.

Америка не была бы Америкой, если бы предмет труда, пусть непрофессионального, не пытались превратить в источник заработка.

Америка помогает только тем, кто уже никогда не станет ее врагом.

Трампу нужны героические поступки, на которые другие не способны. В ситуациях, когда прототипы героев Вуди Аллена ломали бы голову, выбирая между защитой Кара-Кана или королевским гамбитом, он сметает фигуры с доски и начинает совсем другую партию.

Я ваш большой фанат. Я люблю Железного человека. Позвольте кое что вам показать. Я нашёл это в машине моей сестры. Игрушка «Железный человек». Моего племянника, Тимми. Тимми равняется на вас. Он хочет быть как вы. Не разочаруйте его. И не разочаруйте Америку. Храни Господь Железного человека и Америку.

В этой богатой, благополучной, тупой стране очень легко вообразить себя героем.

Америка — это тот смрад, где пропадает не только искусство, но и вообще лучшие порывы человечества.

 Я не знаю ни одного американского джентльмена. Да

В этой стране [Америке] много возможностей, но счастья нет.

Американская статуя Свободы больше бы оправдывала своё название, если бы эта женщина с поднятой рукой ещё и кричала: «Свободная касса!»

Решивших остаться именно потому, что вскоре они получат возможность вернуться, начало мучить какое-то смутное чувство утраты. Перспектива остаться в Штатах не казалась уже столь радужной, как ранее, хотя, в сущности, ничего не менялось. А те, кто намеревался вернуться и перед кем всегда маячила Европа, старая родина, вдруг почувствовали, что теперь это вовсе не рай, а разоренная земля, где полно самых разных проблем. Это походило на флюгер: то он поворачивался одной стороной, то другой. Трогательные иллюзии, которыми все они жили, лопались. И те, кто хотел вернуться, и те, кто хотел остаться, равно ощущали себя дезертирами. На этот раз они дезертировали от самих себя.

[даёт «забитую» сигарету французу]
— Merci.
— А музыка ваша американская — говно.
— Music? Ah, oui, musique excellente.
— Ну чё ты споришь? Тебе говорят — говно музыка, а ты споришь.
— Musique!
— Да и сами вы… Скоро всей вашей Америке — кирдык. Мы вам всем козьи рожицы устроим… Понял?
— Чё ты к нему пристал, он француз вообще…
— А какая разница?

Д. Буш – Господи, ребята, я и половины не читал из того, что вы пишете.
Журналист – Ничего, и мы не слушаем половину из того, что вы говорите.
Д. Буш – Это я понял, прочитав половину из того, что вы пишете.

Мы следим за Америкой, а Америка следит за нами.

— Говорят, что после смерти хорошие американцы отправляются в Париж.
— Вот как? А куда же деваются после смерти плохие американцы?
— О, они отправляются в Америку.

Вот она, Америка во всей красе. Коричневому брату не дадут спокойно отлить в темной подворотне, зато белый парень может ходить голым по «Перекрестку мира», и никто ему слова не скажет.

Мне кажется, что главная проблема Америки в том, что она пытается устанавливать свои порядки в тех странах, про которые она абсолютно ничего не знает.

Америка сильна демагогами и рок-н-роллом, и мы уже наслушались и того, и другого.

Рассуждая в более широком смысле, американцы вообще не умеют расслабляться просто ради удовольствия. Да, мы жаждем развлечений, но не удовольствия в чистом виде. Тратим миллиарды долларов, чтобы придумать занятие, — будь то порнография, парки аттракционов или война, но вовсе это не имеет ничего общего с тем, чтобы просто спокойно наслаждаться жизнью. Американцы работают усерднее, больше и напряженнее любой другой нации на планете. Но им это, похоже, по вкусу.

Я благодарен дедушке: он помог мне осознать важную истину — в подвалах Америки не все так чисто, как кажется.

США инвестируют в Латинскую Америку огромные деньги, но у них не получилось то, что мы сделали без единого цента. Мы меняем их язык, их музыку, их еду, их любовь, их образ мыслей. Мы влияем на Соединенные Штаты так, как они хотели бы влиять на нас.

Мир сейчас един в своем отношении к американцам. Это происходит не только из-за симпатий к иракскому народу. Просто американцы расплачиваются за бессмысленную войну, основанную на ложных обвинениях.

— А как вам нравится пицца?
— Очень нравится. Не хуже, чем в Италии.
— Лучше, чем в Италии, Нью-Йорк — итальянский город. Кроме того, он испанский город, еврейский, венгерский, китайский, африканский и исто немецкий.

Американцы гордятся лучшим, а мы умеем любить даже худшее, что в нас есть. Мы восторгаемся: «Как он, сволочь, пьет! Ах, как гуляет!»

Велика ли заслуга быть порядочным, если тебе с детства гарантированы гамбургер, крыша над головой и защита прав личности? Быть цивилизованным человеком в России куда как трудней — это уж цивилизованность настоящая, честно заработанная, а не доставшаяся по наследству…

По всей вероятности, американец – хороший патриот. И если его спросить, он искренне скажет, что любит свою страну, но при этом выяснится, что он не любит Моргана, не знает и не хочет знать фамилии людей, спроектировавших висячие мосты в Сан-Франциско, не интересуется тем, почему в Америке с каждым годом усиливается засуха, кто и зачем построил Боулдер-дам, почему в Южных штатах линчуют негров и почему он должен есть охлажденное мясо. Он скажет, что любит свою страну. Но ему глубоко безразличны вопросы сельского хозяйства, так как он не сельский хозяин, промышленности, так как он не промышленник, финансов, так как он не финансист, искусства, так как он не артист, и военные вопросы, так как он не военный. Он – трудящийся человек, получает свои тридцать долларов в неделю и плевать хотел на Вашингтон с его законами, на Чикаго с его бандитами и на Нью-Йорк с его Уолл-стритом. От своей страны он просит только одного – оставить его в покое и не мешать ему слушать радио и ходить в кино.

Я люблю кантри!
А я люблю рок!
Я буду мощью Америки!
А я всем сочувствовать смог!
И если сложить нас вместе, то мы придем на один порог!
Сильная, процветающая нация, которая любит кантри-рок!
Мы любим кантри, мы любим рок!
Наша нация может верить в войну! (и говорить всем, что это не так)
И пусть флаг лицемерия колышет каждый флагшток!
Мы любим кантри, мы любим рок!

Если Трампу очень повезет, обстоятельства могут дать ему шанс на второй срок. Если не очень – просто уйдет в забвение. К радости большинства и сожалению немногих. Вопрос лишь в том, успеет ли он сложить новые тренды постмодернизма политического театра.

Я ребёнок общества, таким меня сделали, и сейчас я говорю, что думаю, и никому это не нравится. Ты сделала меня таким, Америка.

Здесь — храм капитализма, регистрация фирмы — дело считанных дней. Но от тебя потребовалось бы финансовое вложение в доказательство твоей беззаветной веры в успех. Полмиллиона баксов — и дело в шляпе.

Америка — это воплощение гибели. Она утянет с собой весь мир в бездонную пропасть.

И еще говорят, что Америка — это страна свободных людей. Америка, заявил я ему так спокойненько, что это по сути такое? Мусор, выметенный из всех стран, включая и нашу. А что, разве это не верно? Истинный факт.

Туалет — это последний бастион американской свободы!

Почему-то каждый раз, когда начинаешь перебирать в памяти элементы, из которых складывается американская жизнь, вспоминаются именно бандиты, а если не бандиты, то ракетиры, а если не ракетиры, то банкиры, что, в общем, одно и то же. Вспоминается весь этот человеческий мусор, загрязнивший вольнолюбивую и работящую страну.

Кто пользуется в Америке действительно большой, всенародной славой? Люди, которые делают деньги, или люди, при помощи которых делает деньги кто-то другой. Исключений из этого правила нет. Деньги!

Развитие Чистого Разума в Америке почти невозможно, если человеку не повезло и он не провел первые двадцать пять лет жизни в дурдоме или еще в каком замкнутом состоянии, иначе говоря — был неприкасаемым.

— Что? — воскликнул Алишер. — «Кола»? Буду! И батончики буду! Боже, благослови Америку!
— Не слишком ли много за изобретение очень сладкого лимонада и очень калорийных шоколадок?
Вместо ответа Алишер ткнул пальцем в кнопку проигрывателя. Через секунду из динамиков донеслись ритмичные аккорды.
— Тогда ещё за рок-н-ролл, — невозмутимо ответил он.

Вчера восьмилетний ребенок, реализуя свое право, гарантированное второй поправкой, снес себе голову из винтовки отца. Сторонники права на ношение оружия расценили это как торжество Америки и конституции!

Америка! Она всему венец!
Америка! Всех круче и ***ец!
Америка! Спешит на помощь к вам!
Америка! Весь мир спасёт к ***м!

Америка – единственная страна, перешедшая из стадии варварства прямо в стадию дегенерации, минуя стадию цивилизации.

Америка — это новая Римская Империя, Ильяс.

Правда ли, что в Америке все стулья — электрические?

Если рассматривать американский университет не как общественное учреждение, а как бизнес (что ближе к истине — университеты получают с каждого студента 30000 долларов в год, а это приемлемый годовой доход семьи из трех человек), тот эти цифры многое объясняют. Университетам невыгодно поддерживать свои стандарты — им выгодно поддерживать престиж, а это не всегда то же самое.

— Болеть в Америке противней всего, потому что тебя отстраняют от парада. Больные американцам не нужны. Взгляни на Рейгана: он такой здоровый, он просто не человек, ему, без малого, сто лет, он получает пулю в грудь, а через два дня он уже где-то на западе, катается на пони в пижаме.

Америка — чудесная страна и я крайне рад, что её открыли. Но было бы лучше, если бы её не заметили и проплыли мимо.

Есть лишь немного стран, которые отказались быть рабами США. Это Китай, Иран, Ливия, Куба, Сирия и Россия. Кто бы ни стоял за событиями 11 сентября, он точно не был другом американского народа.

Страдание негритянского населения — это основа, на которой покоится Америка.

Мне стали слишком малы
Твои тертые джинсы.
Нас так долго учили
Любить твои запретные плоды.

Гуд-бай, Америка, О..,
Где я не буду никогда.
Услышу ли песню,
Которую запомню навсегда?

Замечательно, что Америку открыли, но было бы куда более замечательно, если бы Колумб проплыл мимо.

Соединённые Штаты страдают национальной мегаломанией, Канада — шизофреническим раздвоением личности.

Америка не знает, куда направляется, но бьет рекорд скорости по дороге туда.

Куда катится Америка, дети отказываются убивать собственных дедушек!

В Штатах было все не так, как в Европе, где недостающее третье измерение заменяла борьба против бюрократизма, против властей и жандармов, борьба за временные визы, за работу, борьба против таможенников и полицейских — словом, борьба за то, чтобы выжить! А здесь нас встретила тишина, мертвый штиль! Только кричащие газетные заголовки и сводки по радио напоминали о том, что где-то далеко за океаном бушует война; Америка знала лишь войну в эфире: ни один вражеский самолет не бороздил американских небес, ни одна бомба не упала на американскую землю, ни один пулемет не строчил по американским городам.

Война — это бизнес, а бизнес — хорошо для Америки.

— Я считаю, раз мы образуем государство, мы не можем быть страной, которая остальному миру кажется агрессивной любительницей войн. Однако, мы не можем быть страной, которая всем кажется слабой и беззащитной. Может нам стоит организовать государство, которое кажется и тем, и тем?
— Да! Боже мой, конечно! Мы начнем воевать и одновременно протестовать против войны!
— Если народу нашей страны дозволить делать то, что они хотят, то кто-то поддержит войну, а кто-то будет против.
— А это значит, мы сможем воевать, с кем хотим и параллельно вести себя так, будто мы против. Если мы позволим людям выступать против действий правительства, страну не в чем будет упрекнуть.
— И вишню съесть, и косточкой не подавиться, образно выражаясь.
— Только подумайте! Целая нация делает одно, а говорит другое!
— И мы назовем эту страну Соединенные Штаты Америки!

— И отчего они не сидят у себя в Америке? Ведь нас всегда уверяют, что там для женщин рай.
— Так оно и есть. Потому-то они, подобно праматери Еве, и стремятся выбраться оттуда.

Только в Америке такое возможно: ты можешь быть банкротом, а жить в особняке.

Почему те разрушения, которые несут американцы, — это свобода и демократия, а сопротивление им — это терроризм и фанатичная нетерпимость?

Я ненавижу историю. Я люблю воспоминания.
Я ненавижу страны. Я люблю людей. Я люблю Микки Мэнтла [бейсболиста]. Я люблю Лероя Джонса [непонятно кого, джаз-музыканта, футболиста или боксера]. Я люблю Попая. Я люблю Энди Уорхола. Я люблю Ким Новак [актриса].
Но я ненавижу Америку.

Все приезжают в Майами, чтобы умереть. А это значит, мусора тут больше, чем в любом другом городе Америки.

Американцы, а за что сражаетесь вы? За величайшее ничто в истории?

Эту заразу вы называете свободой (демократией)? Без смысла, без цели.
Вы отдали мою страну на растерзание бандитам и проституткам. Вы отобрали… отняли у меня всё… ничего не осталось.

— Мы — якудза! Пока ваши предки — пастухи забавлялись с овцами на побережье Средиземного моря, мы держали в страхе всю Азию! Я не предлагаю вам условия, мистер Франко, я выдвигаю требования.
— Я не склонен идти вам навстречу.
— Мы примем меры, которые заставят вас согласиться. В Америке очень ценят и любят насилие, поэтому этим я… никого не удивлю.

Немного простодушной веры, и с ее помощью они горы сдвинут.

Это Америка. Пуритане на людях, извращенцы в быту.

Дональд Трамп больше не президент, а это значит, что в последнее время о России особо не слышно. То есть не было слышно до вчерашнего дня, когда Джо Байден дал интервью с целью напомнить нам, что он крутой парень.

ДЖОРДЖ СТЕФАНОПУЛОС, главный политический корреспондент ABC News: «Итак, вы знаете Владимира Путина. Вы считаете его убийцей?»

ДЖО БАЙДЕН, президент США: «Угу. Считаю».

ДЖОРДЖ СТЕФАНОПУЛОС: «Какую же цену он должен заплатить?»

ДЖО БАЙДЕН: «Вы обязательно увидите, какую цену он заплатит».

«Путин заплатит, потому что он убийца!» — говорит человек, который только что запустил ракеты по Сирии без какой-либо очевидной причины. В ответ Путин вызвал Байдена на дебаты, которые, честно говоря, стоило бы посмотреть. Мы хотим послушать, что может сказать Байден.

Но рассмотрим подробнее деяния России. Она ведь нас так огорчает! Что сделали русские? Провели геноцид, скупили все страны третьего мира в Африке и Латинской Америке, строят буквально всю инфраструктуру на Багамах. В нашем собственном полушарии они крадут наши рабочие места, нашу интеллектуальную собственность, забрасывают нашу страну тоннами фентанила, унёсшего более 100 тысяч жизней. Они наводнили наши университеты шпионами. Они пытаются добиться мирового господства!

Хотя… погодите! Это не Россия! Россия не выпускала вирус, разрушивший нашу экономику и оставивший миллионы людей без работы. Это сделал Китай. Китай. И диктатор, который им управляет, Си Цзиньпин. Джо Байден это знает. Он знает, что Россия не угрожает существованию Соединённых Штатов, но продолжает говорить об этом, потому что не хочет говорить о Китае. Его семья, по-видимому, заработала миллионы с помощью Китая. Как и другие бесчисленные представители корпоративной и правящей элиты. Но заплатит Путин! И не только Путин. Знаете, кто ещё заплатит? Вы. Скоро вам придётся платить гораздо больше налогов. Об этом Байден нам тоже рассказал.

— Кроме своей торговли Юэн очень интересуется Диким Западом.
— Ковбоями и индейцами?
— Бандитами, кольтами и падшими женщинами.

  — А как у них храбрости хватило Курск наш потопит

у меня нет иной возможности отдать Америке более высокую дань признательности, чем сказать: это была страна разума, справедливости, свободы, творческих и производственных достижений. Впервые в истории человеческий разум и деньги были объявлены неприкосновенными, здесь не осталось места для богатства, отнятого силой, здесь создали условия для накопления капитала собственным трудом, здесь не осталось места для бандитов и рабов, здесь впервые появился человек, действительно создающий блага, величайший труженик, самый благородный тип человека – человек, сделавший самого себя, – американский капиталист.

Открытие Америки не является заслугой американцев. Какой позор!

Американцы привыкли верить, что только их фильмы, только их звезды и только их «Оскар» есть то единственное важное и интересное, что происходит во всем мире кинематографа. Остальное для них – этакая тараканья возня.

Что замечательно в нашей стране, так это то, что Америка положила начало традиции, по которой самые богатые потребители покупают в принципе то же самое, что и бедные. Ты смотришь телевизор и видишь кока-колу, и ты знаешь, что Президент пьет кока-колу, Лиз Тейлор пьет кока-колу и только подумай – ты тоже можешь пить кока-колу. Богатые люди не могут посмотреть более глупую версию фильма «Правда или последствия» (Truth or Consequences) или более страшную «Изгоняющего дьявола» (The Exorcist).
Все это действительно по-американски. Идея Америки так великолепна, потому что чем больше в чем-то равенства, тем больше это соответствует американской идее.

Когда Буша избрали на второй срок, мне позвонил один из моих европейских друзей. «Вы что, снова избрали этого парня? — спросил он. — Вы избрали его после всего, что он сделал?» И я пробормотал: «Прости». Помню, что я хотел сказать что-нибудь еще, но вдруг понял, что мне абсолютно нечего добавить.

Америка является единственной в мире страной, которая прошла путь от варварства к цивилизации и от цивилизации к еще большему варварству без видимых для себя потерь!

Они принадлежали к многочисленному классу американцев, которые каждое лето путешествуют по Европе и посмеиваются, чувствуя одновременно тоску и умиление над привычками, традициями и образом жизни других стран, потому что своих привычек, традиций и образа жизни их страна не выработала.

Америку не любят все, кроме американцев. Россия нравится всем, кроме русских.

Пилигрим — человек, путешествующий по какой-то серьёзной причине. Один из отцов-пилигримов в 1620 году покинул Европу, потому что ему запрещали петь псалмы – голос у него был гнусавый. В Массачусетсе же он мог славить Бога так, как ему диктовала его совесть.

— Если разрешите… Профессор Кхан прав! Если говорить о терроризме, то главный террорист – это Запад!
— Ну что вы?
— Нет, вы вдумайтесь над моими словами!
— 11 сентября вы считаете правильным?
— Хорошо! Вы хоть знаете, сколько людей умерло 11 сентября при взрыве?
— 3000.
— А вы знаете, сколько людей погибло при бомбардировках в Афганистане? Вы даже представить себе не можете! Более 15000 людей, и это только официальные данные! Туда было сброшено 50 тыс. тонн взрывчатки, на невинных людей, стариков, женщин, детей…
— Но это все было из-за Талибана!
— Вы хоть знаете, откуда появился Талибан? Из вашей страны! Чтобы ослабить Россию!
— Что бы там ни было, они скрывали террористов!
— Ну, да, тех террористов, которых не существовало, точно так же, как в Ираке искали ядерное оружие! А вы знаете, сколько людей умерло в Ираке? 500 тыс., и они продолжают умирать и сегодня! А вы знаете, что сказала Америка и Англия, когда они ничего не нашли там? Это просто…просто – извините! И до сих пор они держат там свою армию!
— Что ты этим хочешь сказать?
— Это то, что, будучи американцем, надевая дорогие костюмы и называя себя президентом, вы не можете скрыть свое террористическое нутро! Если вы влезаете в чужие проблемы, то когда-нибудь придется расплачиваться за это все!

Америка никогда не падёт от внешнего вторжения; если мы оступимся и лишимся свободы, это произойдёт лишь по нашей вине.

Америка богата. И не просто богата. Она богата феноменально. У нее есть все – нефть, хлеб, уголь, золото, хлопок – все, что только может лежать под землей и расти на земле. У нее есть люди – прекрасные работники, способные, аккуратные, исполнительные, честные, трудолюбивые. К своему обогащению Америка шла быстрыми шагами. Страна напоминает человека, делающего стремительную карьеру, который сперва торгует с лотка подтяжками на Ист-Сайде, потом открывает магазин готового платья и переезжает в Бруклин. Потом открывает универсальный магазин, начинает играть на бирже и переезжает в Бронкс. И, наконец, покупает железную дорогу, сотню пароходов, две кинофабрики, строит небоскреб, открывает банк, вступает в гольф-клуб и переезжает на Парк-авеню. Он миллиардер. Всю жизнь он стремился к этой цели. Он торговал чем придется и как придется. Он разорял людей, спекулировал, с утра до вечера сидел на бирже, он трудился по шестнадцать часов в день, он делал деньги. С мыслью о деньгах он просыпался. С этой же мыслью он засыпал. И вот он чудовищно богат. Теперь он может отдохнуть. У него есть виллы у океана, у него есть яхты и замки. Но он заболевает неизлечимой болезнью. Он гибнет, и никакие миллиарды не могут его спасти. Стимулом американской жизни были и остались деньги.

У наших стран много общего. У нас точно также ехали осваивать Дикий Запад! А у вас — Дикий Восток. Или Дальний Восток.

Сверльнуло глаза маяка одноглазье –
и вот в мозги, в глаза, в рот,
из всех океанских щелей вылазя,
Америка так и прет и прет.

Четвертое июля. Статистика показывает, что в этот день Америка теряет больше дураков, чем во все остальные 364 дня вместе взятые. Однако количество дураков, остающихся в запасе, убеждает нас, что одного Четвертого июля в году теперь уже недостаточно: страна-то ведь выросла!

Не все любят Гомера, но люди любят этот костюм, также как любят свой глупый Американский флаг.

И вот мы приехали. Испытали соответствующий шок. И многие наши страхи подтвердились. Действительно, грабят. Действительно, работу найти трудно. Действительно, тиражи ничтожные. А вот ностальгия отсутствует.
Есть рестораны для собак. Брачные агентства для попугаев. Резиновые барышни для любовных утех. Съедобные дамские штанишки. Все есть. Только ностальгия отсутствует. Единственный фрукт, который здесь не растет…
Лишь иногда, среди ночи… В самую неподходящую минуту… Без причины… Ты вдруг задыхаешься от любви и горя. Боже, за что мне такое наказание?!

Америка — это страна, которая миновала все стадии общественного развития и прямо от варварства перешла к упадку.

Мы Америка! Мы — мозг этого мира!

Живите ради излишеств! Это так по-американски!

Америку много раз открывали до Колумба, но никому об этом не рассказывали.

Это — Америка, и ты либо дуришь сам, либо дурят тебя!

Поменялась местами Россия с Америкой –
такая история на грани с истерикой:
фанерные домики, фастфуды, автомобили,
осень в голливудском каком-то стиле.
Вместо райцентров — уездные тауны,
пивнушки и бани — салуны да сауны.

Симметрично Америка — та ещё клуша –
вместо коттеджей — избы на ножках Буша,
и хотя райсовет зовут пока мэрией,
а степи вокруг величают прерией,
Мэри вздохнёт на плече у Билла:
осень какая в этом году наступила!
я слово забыла, ты говорил…
Болдинская — напоминает Билл.

Не думаю, что Америка когда-нибудь по-настоящему сплотится. Из-за одного слова: жадность. Ничего общего с расовыми вопросами. Проблема в жадности.

Познер:
— Это правда, что вы ездили в Америку по обмену?
Ургант:
— Да. Папа обменял меня на джинсы.

Человек, включающий ток, получает сто пятьдесят долларов за каждое включение. От желающих нет отбоя.

Вы с серьезным видом рассказываете студентам, что Америка полосато-классно-звездный, и что во всем мире свобода есть у нас одних? В Канаде свобода, в Японии свобода, в Британии, Франции, Италии, Германии, Испании, Австралии, и в Бельгии тоже свобода. В мире 207 независимых государств, в 180-ти — свобода.

Америка — это нация с песней в сердце и дырой в башке.

— Окей, наша система проста, как моя песня. В основе лежит револьвер системы «Кольт».
— Позвольте, а какое место в вашей системе занимает человек?
— Sorry, человек находится вот здесь. На него работает вся система «Кольт».
— Вот капиталист, проклятый. А если я не согласен!?
— Хм, хороший вопрос. Для несогласных у нас есть специальное место (кладбище), pleas
— Секундочку, уважаемый, а в чём чудо?
— Just moment lady and jentelmen, чудо в том, что перед револьвером не наш человек. Наш человек револьвером управляет. Мы добились того, что на нас работают другие.
— Кто?
— Да кто угодно, вот например вы.
— Я? Да я ни за какие деньги…
— Правильно не за какие, а за наши деньги. Вот вам сто долларов, вытрите с доски.
— Щас x6
— Коллега, держитесь.
— … Щас, нашли дурака!
— Мы согласны!
— Ну вот, я нашёл. Не вы, так другие. One, two, three… beautiful, 150 миллионов.
— Good Bay, Америка!


Американцы — вот настоящие враги.

— Справедливость? Нет в Америке справедливости. Существует только одна справедливость. Спроси семью Кеннеди, спроси мертвых, да любого спроси!
Дюк встал с кресла качалки… и достал пушку сорок пятого калибра.
— Вот она. Это и есть единственная справедливость в Америке. Это единственное, что понятно любому.

Я хочу быть американцем! Америка – самое клеевое место на земле. У них там свобода слова и МакДональдсы.

Гудбай, Америка, О..,
Где не был никогда.
Прощай навсегда.
Возьми банджо, сыграй мне на прощанье.

Существует миф о Диком Западе, который якобы осваивали одиночки, но в действительности все ровно наоборот; одинокий человек душевно очень слаб, к таким всегда относятся с подозрением. Если твою спину некому прикрыть, долго не проживешь; немного нашлось бы тех — и среди индейцев, и среди бледнолицых, — кто не позвал бы к костру незнакомца, встреченного ночью в прерии.

Мы долго не могли понять, почему американские блюда, такие красивые на вид, не слишком привлекают своим вкусом. Сперва мы думали, что там просто не умеют готовить. Но потом узнали, что не только в этом дело, что дело в самой организации, в самой сущности американского хозяйства. Американцы едят ослепительно белый, но совершенно безвкусный хлеб, мороженое мясо, соленое масло, консервы и недозревшие помидоры.
Как же получилось, что богатейшая в мире страна, страна хлебопашцев и скотоводов, золота и удивительной индустрии, страна, ресурсы которой достаточны, чтоб создать у себя рай, – не может дать народу вкусного хлеба, свежего мяса, сливочного масла и зрелых помидоров?

Каждый, кто говорит вам, что лучшие времена для Америки уже позади, смотрит не в ту сторону.

Америка — это двести миллионов идиотов, руководимых одним миллионом спецагентов.

Мир всегда будет находиться с Америкой в таких вот странных отношениях: любить ее и ненавидеть одновременно.

Наиболее проклятая, злая, варварская, жестокая, неестественная, несправедливая и дьявольская.

С могущественным царством ацтеков в Мексике произошло то же, что с огромной империей инков в Южной Америке. Горстка бородатых, белокожих испанцев захватила обширные государства, что называется, без единого выстрела. И все потому, что ученые и жрецы в этих странах сохранили иероглифические записи и религиозные предания: будто бы белые бородатые люди принесли их предкам блага культуры, а потом ушли дальше, в чужие края, но обещали вернуться назад.

Нелегальные иммигранты всегда были проблемой для Америки. Спросите любого индейца.

Права, в которые верил Элиот Мастер, – права, предъявленные Эндрю Гамильтоном и осуществленные жюри, – проистекли из «общего закона» Англии. Именно англичане единственные в Европе казнили за тиранию своего короля, именно английский поэт Мильтон дал определение свободы прессы, именно английский философ Локк постулировал существование естественных прав человека. Люди, палившие из пушки, осознавали себя британцами и гордились этим. И все-таки когда старый Гамильтон обратился к жюри, он высказал еще одно понравившееся им соображение. Древний закон, заявил он, мог быть хорош давным-давно в Англии, однако в Америке спустя века он может оказаться и дурным. Хотя никто особо не обсуждал его утверждение, семена были брошены. И эта идея пустила корни и распространилась по бескрайним просторам Америки.

Хусейн сделал все, о чем его просили. Его лишили всего. Ему оставалось только биться до последнего. Он должен был встать спиной к стене и сражаться. Что американцы еще могли от него ожидать? Чтобы он разделся и станцевал перед ними голым?

Американским президентам пора усвоить: Америка — это не весь мир.


Смерть в Америке очень дорогая штука.

В Америке три процента населения страдает синдромом беспокойных ног, это непроизвольное подергивание конечностями, а все остальные, кто не дрыгает ногами, страдают одержимостью здоровым питанием. Испытывают чувство вины при малейшем нарушении навязанных им правил питания, требующих времени и денег!… И презирают тех, кто питается неправильно!… Это содержание их духовной жизни.

— Я же говорю, я доктор, турист. Приехал к Дмитрию Громову, другу своему, хоккеисту. Я в Америке в первый раз. Я же не знал, что у вас не везде можно ходить… У нас вот везде можно…
— Fuck the niggers.

Том был очень доволен первым годом жизни в Лондоне. И все же затосковал по Америке. Не по Бостону и не по пуританской родне, а по другим вещам, которые он вряд ли мог описать. По ощущению простора, новых пределов, открытия мира. Это было томление по свободе – быть может, по дикой воле.

Американцы работают, чтобы умереть.

В Америке мужчины одержимы мечтой о богатстве, женщины — проблемой веса. Одни говорят только о том, как бы увеличить доход, другие — как бы им сбросить вес.

— Ох, мистер Роджерс, я уже почти и забыл, что этот костюм для твоей задницу ничего не сделал.
— Никто тебя не просил смотреть, Тони.
— Он [костюм] нелепый.
— А я думаю, ты выглядишь классно, Кэп. Насколько я могу судить, это задница самой Америки.

Вот ты, активистка. На случай, если однажды вздумаешь проголосовать, лучше кое-что запомни. Например, что не существует доказательств в пользу утверждения, что Америка — величайшая страна в мире. Мы 7-ые по грамотности, 27-ые в математике, 22-ые в естественных науках, 49-ые по долгожительству, 178-ые по детской смертности, 3-ие по доходу на домохозяйство, 4-ые по рабочей силе и 4-ые по экспорту. Мы обошли другие страны в 3-х категориях: по числу заключенных на душу населения, по количеству взрослых, верующих в ангелов, и по расходам на оборону, которые превышают расходы следующих 26-ти стран вместе взятых, 25 из которых — наши союзники. Конечно, в этом не виновата двадцатилетняя студентка. Но тем не менее вы несомненно принадлежите к поколению худшей точки в истории. И когда вы спрашиваете: «Что делает нас величайшей в мире страной?» — я не понимаю, да вы, ***ь, о чем? О заповедниках?

Нью-Йорк похож на чувака, который заботится о своей причёске, но не пользуется туалетной бумагой.

В Америке мифы и легенды практически неубиваемы.

Теперь у нас с Америкой все одинаковое, кроме, разумеется, языка.

— О политике.
— Когда у нас день, в Америке ночь. Вот так им и надо!

Потому что мой отец не лгал. Его религия этого не допускала.
— Баптист? — Нет, сэр, янки.

Страшны преступления американского капитализма, с удивительной ловкостью подсунувшего народу пошлейшее кино, радио и еженедельное журнальное пойло и оставившего для себя Толстого, Ван-Гога и Эйнштейна, но глубоко равнодушного к ним.

Самая короткая шутка про Америку: «Макдоналдс» — это ресторан».

Хорошо собакам в Нью-Йорке. У каждой из них есть пять человек, которые не дают развиться комплексу неполноценности: парикмахер, ветеринар, специальный человек для прогулок, дрессировщик и тренер по йоге. Йога для собак называется doga. Несложные упражнения, которые может выполнить буквально любой питомец. Конечно, под присмотром профессионала.
И вот все эти пять человек, постоянно присюсюкивая, говорят собаке: «молодец», «хорошая», «умная», «красивая» — и так каждый день. Конечно, собаки ходят, осознавая свою значимость.
Если бы я была нью-йоркской собакой, я бы не интересовалась новинками пластической хирургии. И возможно, старость не так бы пугала меня. «Умная», «красивая», «молодец», «хорошая». Пять дней в неделю. Два оставшихся дня – самостоятельный аутотренинг.

Жизнь ковбоя описывают как торжество свободы и западной вольности, но в действительности это невообразимо тоскливая рутина — пять месяцев рабского труда на благо своры тупых животин.

В Америке сумели сделать так, что курение оказывалось немодным, чем-то скорее не совсем приличным, как ковыряние в носу. Сумели сделать из некурящего человека пример для подражения — и именно в Америке это сработало как нигде в мире.
Стадное чувство гораздо более свойственно американцу, чем англичанину, французу, итальянцу или русскому, и это, возможно, одна из причин, почему так легко управлять этим народом.

Получилось так, что даже косвенные борцы за счастье человечества — ученые, изобретатели, строители – в Америке не популярны. Они с их трудами, изобретениями и чудесными постройками остаются в тени, вся слава достается боксерам, бандитам и кинозвездам.

Рождество в Америке – это великий и светлый праздник коммерции, ни в какой связи с религией не стоящий. Это грандиозная распродажа завали, и при всей нелюбви к богу, мы никак не можем обвинить его в соучастии в этом темном деле.

Мы направим в Америку ещё 10 миллионов русских и изберём в Америке своего президента. А ты, Джордж, получишь хорошую камеру в Бутырке.

— Василий Иванович, а белые в Америке есть?
— Есть, Анка. Но коренное население там – красные!

За полтора месяца жизни в Штатах нам так надоела американская кухня, что мы согласны были принимать внутрь любые еды – итальянские, китайские, еврейские, лишь бы не «брекфест намбр ту» или «динер намбр уан», лишь бы не эту нумерованную, стандартизованную и централизованную пищу. Вообще если можно говорить о дурном вкусе в еде, то американская кухня, безусловно, является выражением дурного, вздорного и эксцентрического вкуса, вызвавшего на свет такие ублюдки, как сладкие соленые огурцы, бэкон, зажаренный до крепости фанеры, или ослепляющий белизной и совершенно безвкусный (нет, имеющий вкус ваты!) хлеб.

Американский народ никогда не носит зонтик. Они готовятся к прогулке в вечном солнечном свете.

Самые ничтожные люди, которых я знал, по совместительству — самые богатые люди в Америке.

Дело Ульянова живёт, покуда мы верим,
Что в ад ведут европейские окна и американские двери.

Иностранцев сделалось тысячи, миллионы. Заполонили меня и эти, в коричневых рясах. Лишь один из них произнес, меня увидев:
— Вот где живет Бог.
И улыбнулся. Метались чайки, ветер шумел лесом, за холмами вечернее небо спело гранатом. Он гладил всё взглядом, не мог оторваться.
Его я больше всех на себе любила. Дала ему посмотреть себя всю, а когда истекло его время, сохранила под круглым камнем с надписью «Давид Гимараиш».

Мы слишком далеко зашли, мои друзья скупают демократии, их властные аппетиты неутолимы.

Итак, право на свободу и на стремление к счастью имеется несомненно, но возможность осуществления этого права чрезвычайно сомнительна. В слишком опасном соседстве с денежными подвалами Уоллстрита находится это право.

… Карфаген вёл свои войны руками наёмных солдат, а мы, американцы, призываем наёмников на тяжёлую и чёрную работу. Надеюсь, не настанет такой день, когда нас возьмут в полон народы, не настолько спесивые, или обленившиеся, или изнеженные, чтобы склоняться к земле и подбирать с неё то, что мы едим.

Ведь первые дни европейца в Америке — все равно, что второе рождение, и хотя обживешься здесь куда скорей — так что слишком пугаться тоже не стоит. Надо все-таки иметь в виду, что первые впечатления всегда обманчивы…

— Америка бомбит Хиросиму и Нагасаки — все молчат, оккупировала сто пятьдесят стран — все молчат, раздолбала нашу подводную лодку Курск (если б мы то же самое сделали с американской, уже была бы ядерная война). Мы им простили.
— Как, и Курск они?
— Все они!

— Как Вы находите Америку?
— За Гренландией поворачиваю налево.

— А ты гомофоб что ли?
— Конечно нет, Андрей Евгеньевич! Вы что? Я, конечно, очень демократично ко всем меньшинствам отношусь, нас в Америке так научили.
— Ну, да-да, хорошая страна. Я знаю, что у вас в паспортах пишут то, что у нас на заборах стесняются.

Чтобы победить другие народы и культуры, Америке надо было провозгласить девизом: все дозволено! Разврат, трусость, предательство, хапанье… все пороки легализуются.

Америка делает нас зависимыми — здесь еды больше, чем мы можем съесть, поэтому возникает чувство, что, чтобы съесть свою долю, нужно есть все время.

Я думаю, что каждая пуля должна стоить 5000 тыщ баксов. Тогда каждый раз, когда кого-нибудь подстреливали, люди бы говорили «Чёрт, что он натворил! Загнать в него пулю за 5000 тыщ баксов!». И люди бы подумали прежде, чем убивать…

Я за мир во всем мире. Я думаю, что Америка — отличная страна, Россия — отличная страна, Китай — отличная страна, весь мир — отличное место. Думаю, нам всем нужен мир. Вообще зачем воевать, если мы можем любить друг друга, помогать друг другу?

Однополые браки легальны в шести штатах, а секс с лошадью — в двадцати трех. Отлично, Америка.

У вас когда-нибудь было чувство того, что всё в Америке окончательно встало с ног на голову? Знакомо вам это чувство? Вся страна всего в дюйме от слов «Ну всё, проехали».
Только подумайте, всё вокруг в грязи: окружающая среда, правительство, школы — называйте сами. Кстати, о школах. Проходил я как-то по священным залам и спрашивал себя: «Есть ли жизнь после школы?»… потому что я видеть не могу завтрашний день, не говоря уже про целый год этого дерьма. Ну, вы меня понимаете…
Это снова я, почти не имеющий отношения ко всем вам там, в мире мелкомозглого среднего класса, ко всем милым людям, живущим посреди Америки Прекрасной.
Посмотрим мы на 92 FM… Похоже, пока что это свободная волна, никто другой пока её не занял, и цена в самый раз… И, конечно, вы угадали: сегодня я озабочен, как десятипоршневый филин, так что устраиваетесь у приемников, потому что это Крутой Гарри напоминает вам: ешьте кашу вилкой и учите уроки в темноте.

Америка — единственная в мире сверхдержава.

Англия и Америка — две нации, разделенные общим языком.

Половина американцев никогда не читали газет. Половина не участвовали в выборах президента. Остается только надеяться, что эта одна и та же половина.

Все вы, нелегалы, как один. Ты под гражданским арестом, ты понял? Америка — страна возможностей, и я воспользуюсь возможностью послать тебя обратно через границу, откуда ты припёрся!

Великая победа американцев в том, что сумели навязать свой тупой образ мыслей почти всему более развитому западному миру. Отдельные голоса протеста не в счет: тупая масса жует американскую жвачку и повторяет удобные американские лозунги.

Бизнесмены — это единственная категория людей, отличающая капитализм и американский образ жизни от тоталитарного этатизма, который постепенно подминает под себя весь остальной мир. Все другие слои общества — рабочие, фермеры, профессионалы, ученые, солдаты — существуют и при диктатурах, хотя и прозябают в страхе, цепях, в нищете, в условиях прогрессирующего саморазрушения. Но при диктатуре такая категория, как бизнесмены, отсутствует. Их место занимают вооруженные бандиты: чиновники и комиссары. Бизнесмены — символ свободного общества, символ Америки. В тот миг, когда они погибнут, с ними погибнет цивилизация. Но если вы хотите бороться за свободу, вы должны начать с борьбы за ее обойденных наградами, непризнанных, негласных, но лучших представителей — американских бизнесменов.

— Америка основана террористами для террористов, ты думаешь, кто вел войну за независимость? Историю пишут победители.
— Как ты вообще в морпехи попал?!!
— Да я и сам удивляюсь.

Совесть Америки погибла вместе с Кеннеди и Лютером Кингом.

Что бы ни породило сентиментальность, именно она губит Соединенные Штаты. Любая идея, любое чувство неуклонно вульгаризируются до уровня жиденькой кашки, не требующей умственных усилий, насаждается оптимистический и сентиментальный взгляд на жизнь: улыбайтесь, и все образуется. Чего ж тогда удивляться, что мужчины превращаются в кастратов? А именно это и происходит, и свидетельством тому все эти блеянья о «притирке», «безопасности» и «сплоченности».

Америки нет. Это тупо расчерченная земля!

Но самая главная нетерпимость в Америке — это типично американская нетерпимость к людям, не добившимся успехов.

Америка — последняя, лучшая надежда на земле.

Что делает Америку великой страной, так это традиция, в которой самые богатые потребители покупают в сущности те же вещи, что и самые бедные. Ты можешь смотреть телевизор и видеть «Кока-Колу», и ты знаешь, что президент пьет «Коку». И Лиз Тейлор пьет «Коку», и — только подумай — ты тоже можешь выпить «Коку».

Взгляните на нашу страну. Это самая благородная страна в истории человечества. Страна величайших достижений, величайшего процветания, величайшей свободы. И эта страна возникла не на бескорыстном служении, не на жертвенности, не на самоотдаче и не на альтруизме. Эта страна возникла на праве человека добиваться счастья. Собственного счастья. Своего, и ничьего другого. Частная, личная, эгоистичная мотивация. А каковы результаты!

— Эти американки захватывают себе самых лучших женихов. Почему они не сидят у себя дома? Они же всегда твердят нам, что Америка – рай для женщин.
— Это так и есть. Вот потому-то они и стремятся, подобно Еве, поскорее удрать оттуда.

Что можно сказать об Америке, которая одновременно ужасает, восхищает, вызывает жалость и дает примеры, достойные подражания, о стране богатой, нищей, талантливой и бездарной?
Мы можем сказать честно, положа руку на сердце: эту страну интересно наблюдать, но жить в ней не хочется.

Единственный способ стать частью Америки — чем-то пожертвовать ради неё.

Её жалость перелетела через океан и, утратив первоначальную розовость крыльев, обрушилась на меня в центре Европы грязной рваной тряпкой…

— Да что вы пристали? Нам в школе говорили и по телевизору, что мирные жители Афганистана и Пакистана любят Америку!
— И вы поверили? Не только Талибан ненавидит Америку. Треть мира ненавидят Америку!
— Но за что? За что нас ненавидят?
— Потому что вы и не подозреваете, что треть мира вас ненавидят!

Америка глупа – глупа как несмышленый щенок, который норовит укусить кого-нибудь побольнее.

Американская промышленность, следуя Фордовской политике массового производства и низких цен, давала возможность каждому иметь свою долю в общем благополучии. Газеты, государственные деятели, экономисты — все сходились на том, что американская изобретательность разрешила извечную проблему нищеты.

Я люблю Америку, но она мне не нравится.

В аду уже давно американский газ — но не дрова!

Это в Америке алмазы сверкают, а тут из-за них убивают.

… смех — это стиль американской жизни…. Американцы смеются и беспрерывно показывают зубы не потому, что произошло что-то смешное, а потому, что смеяться – это их стиль.

… Почему в Америке все делают вид, будто постоянно испытывают счастье?

Америку, знаете, интересует только новая Европа. Имеются в виду места типа Скруовия, Нуовия и Жировия. Места, где трактор — это министерство. А люди на ужин едят вареный радиатор. Места на самом деле не очень роскошные, где будут делать всё, что скажет Америка, в надежде однажды увидеть фотографию банки с вареньем.

Мы здесь в Новом Свете не потому что он новый, земля такая же древняя, как и везде. Новый он потому, что здесь есть надежда, а надежда — сердце любви.

— Чувак, я думал, что афганские ребята почти уговорили тебя возненавидеть Америку.
— Нет, чувак! Конечно, у Америки может быть много проблем, но это наш дом, это наша родина, наша команда. Если ты не поддерживаешь свою команду, пошёл к чёрту со стадиона!

Своими наивными, привыкшими к дороге глазами я увидел полнейшее безумие и фантастическую круговерть Нью-Йорка с его миллионами и миллионами, вечно суетящимися из-за доллара среди себе подобных. Безумная мечта: хватать, брать, давать, вздыхать, умирать — только ради того, чтобы быть погребенным на ужасных городах-кладбищах за пределами Лонг-Айленд-сити.

В Америке не сразу поймёшь, какие фрукты валяются на полу — настоящие или пластиковые.

А вот любопытно, в штате Колорадо есть эти жуки? И если они там есть, то как их там называют — «Наш жук», что ли? Интересно было бы узнать.

Самый важный факт современной истории — то, что Северная Америка говорит по-английски.

Америка — самая считающая страна в мире, а Россия — самая считающая, что она самая читающая.

И свободы тут больше, чем в Америке. Тут можно быть безработным, при этом ездить на «Ауди», можно не платить налоги, можно воровать, можно хулить власть. Совершенно безнаказанно, кстати, вопреки мнению, сложившемуся на Западе. Правда, по закону тут жить трудно.

Жрут свои холестериновые гамбургеры, чавкая и давясь. Часами болтают по мобильнику. Задницы отрастили, каждый второй. Но за здоровье борются, будь здоров! Как раньше мы за мир боролись, когда у нас танков было больше, чем во всем мире… Что Земля круглая они, пожалуй, почти все знают, но вот что на ней, кроме Америки, еще что-то есть, только догадываются. Достало…

Эти проклятые нелегалы пьют нашу кровь — этак нам скоро нечего будет проливать за нефть!

Когда мы поразили Америку, мы были дикой бандой. Мы купили наркотики, и трахали все, что шевелилось.

— Где ты взял этот пистолет?!
— Купил там же, где покупал штаны. Это Америка!

В Америке нет месту социализму.

— Вы знаете, разница между Америкой и Россией – в России ты можешь водочку когда угодно пить, в Америке — это называется алкоголизм.

Стратегия Обамы «распространить богатство на всех», нулевые ставки процента, обилие новых регуляций и стимулов, создание рабочих мест за счет государства, — все это дало всего 3% экономического роста. Трамп снижает налоги и пытается резать госрасходы за счет отмены расплодившихся пособий. Консервативная классика, которая дает отдачу только в долгую.

Фигура Байдена олицетворяет такие вещи: с одной стороны Америка на пике своего могущества, а с другой стороны она внутренне пуста. У нее нет тех качеств, которые могли повести человечество куда-то вперед, поднять на другую ступень. Ведь они на это претендуют. А все скатывается к обычным вещам — борьба за ресурсы, за деньги, за влияние, за территории. Байден — философское олицетворение мощи и одновременно немощи Америки. Человек, возглавляющий самую мощную державу на планете, а это объективно так, и одновременно мы видим, как изо дня в день он демонстрирует немощь. В этом — какой-то философский и мировоззренческий парадокс. И это порождает истерические реакции — от истерической агрессии до истерической депрессии.

В Нью-Йорке иметь единственную профессию — непозволительная роскошь.

Америка, конечно, полицейское государство, но правовое. А Россия – полицейское и неправовое.

— Да, еще жена Дейла подала на нас в суд.
— Правда? Почему?
— Она зла, горюет, и мы в Америке!

Когда Колумб плыл открывать Америку, Жириновский плыл параллельно закрывать её.

Видимо, в Америке уже нет вещей, над которыми нельзя глумиться. Но у нас – славу богу, еще остались. Память о Войне – из их числа.

Осама бен Ладен разрушил самолетами Всемирный Торговый Центр, но это была трата времени! Если б он хотел действительно задеть Америку, то надо было устроить ковровую бомбардировку оружием, которого американцы никогда не поймут. Экзаменами по мировой географии. Магазинами, у которых в названии нет слова «Сарайчик». И метафизическим концептом стыда.

Америка – это ошибка.

  — Зачем помогать тем, кого ненавидим?
— Полагаю,

Американский бизнес. Цель игры — получить лучшую цену.

Легко найти старушку в стрингах из флага. И сразу становится ясно, где скрыта наша гордость.

Первая леди — это неоплачиваемый государственный служащий, выбранный одним человеком — своим мужем.

Никто не спасает Америку нюханьем кокаина, болтая босыми ногами под дождем. Если в твоем носу снег, твой мозг непременно подхватит простуду.

Не факт, что Трампу отпущен долгий срок. Он опасен своим «огнем и яростью». Хваткой, с которой он берется за проблемы – вроде израильско-палестинской – давно признанные миром нерешаемыми.

— Сочи, Геленджик, Анапа!!! Курорты Краснодарского края!!! Можно подумать! Вон, в Америке в сто раз круче!
— Запомни, Павлик! Пока у нас на Кубани растет «семачка», плевать мы хотели на эту Америку!

Когда мы пытаемся повлиять на выборы в других странах, или даже когда мы хотим свергнуть чужое правительство, мы делаем это в интересах граждан этих стран.

«Откуда вы?» — «Из Миннеаполиса». Первый секретарь ЦК КПСС подошел к карте мира, обвел карандашом Миннеаполис и пошутил: «Это чтобы я не забыл, что этот город должен уцелеть, когда полетят наши ракеты».

Вы спросите, что является самым ярким достижением американцев? Я считаю этим то, что люди этой страны придумали выражение «делать деньги». Ни в одном языке мира, ни у одного народа не было такого словосочетания. Испокон веков люди считали богатство статичным – его можно было отнять, унаследовать, выпросить, поделить, подарить. Американцы стали первыми, кто осознал, что богатство должно быть сделано. Выражение «делать деньги» стало основой новой морали этой части человечества.

Американская внешняя политика ужасна, потому что американцы не только вторгаются в твою страну и убивают твоих граждан, но что хуже, они возвращаются через 20 лет и снимают фильм о том, как из-за убийства твоих граждан их солдатам взгрустнулось. Американцы, снимающие фильмы о том, как Вьетнам повлиял на их солдат – это всё равно что серийный убийца, рассказывающий, как резкая остановка перед попутчиками повлияла на сцепление его машины.

Но в Америке дело народного питания, как и все остальные дела, построено на одном принципе – выгодно или невыгодно. Под Нью-Йорком невыгодно разводить скот и устраивать огороды. Поэтому люди едят мороженое мясо, соленое масло и недозревшие помидоры. Какому-то дельцу выгодно продавать жевательную резинку – и народ приучили к этой жвачке.

Американцы исходят из принципа, что дипломатические переговоры хороши, но они будут еще лучше, когда на столе лежит «Парабеллум».

Америка сейчас переживает не лучшие времена. Чтобы преодолеть все беды, мы должны верить в себя так, как я в себя верю, а вы уж поверьте, я очень сильно в себя верю!

В американском университете может не быть библиотеки, но автомат с «колой» будет обязательно.


Психология толпы отупляет Америку до самых кишок.

Конечно, если дальше учиться, гимназию окончить, потом университет и в итоге можно получить законченное образование, которое еще на что-то годится и дает человеку хотя бы решимость зарабатывать деньги. Но для Америки это ничтожно мало

Несколько глубоких умов в недавнее время занялись исследованием нравов и постановлений американских, и их наблюдения возбудили снова вопросы, которые полагали давно уже решенными. Уважение к сему новому народу и к его уложению, плоду новейшего просвещения, сильно поколебалось. С изумлением увидели демократию в ее отвратительном цинизме, в ее жестоких предрассудках, в ее нестерпимом тиранстве.

Когда в Америке случается что-то важное, кому-то обязательно хочется покрыть всё сусальным золотом и украсить ленточками. Чтобы можно было забыть.

Я знаю, наш брак основан на лжи, но на ней основано много всего хорошего! Религия, история Америки!…

Странная штука: американское школьное образование – одно из худших в мире; а американское высшее образование – одно из лучших, если не лучшее…

Байден никогда не скрывал, что он действительно ястреб. Да, он так относится к России. Да, он так относится к Путину. да, он раздражен. Но это не исключает того, что те, кто стоит за ним, используют его, и может быть еще более негативно настроены по отношению к России.
А кто нам кидает обвинения? Вот те США, которые убивают людей сотнями тысяч и миллионами много лет подряд? Но вопрос в другом. Человеческая натура такова, что безнаказанность порождает рецидив. Если некому наказать, а начиная с 90-х годов американцы абсолютно уверены, что им некого в этом мире бояться, то сбылись мечты. Дальше они совершенно свободны в своем геополитическом экспериментировании. Есть целый ряд факторов, которые позволяют им плевать на всех. Начиная от долларовой монополии и заканчивая тем, что нет того блока стран, которые могли бы им угрожать. Мы можем сказать, что гипотетически мы можем потягаться с США, но практически мы им не угрожаем. И они это прекрасно понимают. Они точна знают, что мы не собираемся на них нападать. И в отношении Китая они тоже это точно знают. А больше никаких угроз нет. Поэтому они чувствуют себя совершенно свободным в хамском геополитическом творчестве. И их наглость будет нарастать. И это стало проблемой для всего мира.
Америка и их претензия на глобальное доминирование является сегодня главной проблемой планеты Земля. Не похолодание, не потепление, не помутнение, не пандемия даже. Главная проблема — претензии Америки на глобальное доминирование. Потому что они совершенно безответственны.

Единственное, чего нет в Америке — это свободы.

Америка — это большой плавильный котел, когда он кипит, то вся дрянь поднимается на поверхность.

А я ненавижу Америку, Луис. Я ненавижу эту страну. Сплошные Великие Идеи и басни, и мрущие люди, и сволочи вроде тебя.

Согласно подсчетам, пять из двадцати самых влиятельных женщин мира — родились в штате Иллинойс. Что в этом месте дает силы и самообладание, чтобы руководить и быть успешной вопреки трудностям? Я бы сказала, если вы отточите свое мастерство в Чикаго, сумеете избежать грязи и коррупции — это даст вам силы править миром.

Европа курит и бросает, Америка подбирает окурки, но из этих окурков растет что-то грандиозное.

— А вы из какой части Джорджии? Из Южного централа?
— Это мы еще не решили.

Америка — страна, которая любит примитивную ясность во всех своих делах и идеях.
Быть богатым лучше, чем быть бедным. И человек, вместо того чтобы терять время на обдумывание причин, которые породили бедность, и уничтожить эти причины, старается всеми возможными способами добыть миллион.

На всякого, кто учился в школе, производит магическое действие дата — 1492 год. Год, когда Колумб достиг Америки. И когда земля стала круглой. Раньше ее мыслили плоской, и океан был плоским, поэтому все, влекомое ветрами и течениями, неизбежно должно было свалиться с края в бездну. Вернее говоря, земля и до Колумба была круглой, но не совсем, а вроде половинки яйца. Так или иначе, если уплыть достаточно далеко в океан, все равно упадешь с края земли.

 Что называлось в Америке спортивной борьбой – борь

Боже мой, у Стэна нет друзей!!! Он этого даже не знал, он совсем как Америка!

Таков закон американской жизни: чем богаче место, чем больше миллионов высасывают или выкапывают там из земли, тем беднее и непригляднее хибарки людей, выкапывающих или высасывающих эти миллионы.

— На войне люди умирают.
— Это не война, вы убили безоружную женщину!
— Вы, убившие сто тысяч иракцев, чтобы бензин был на десять центов дешевле, будете учить меня правилам войны?

В учебниках по истории Америку называют «спящим великаном». Моя миссия — убедиться, что великан спит спокойно. В этом мире немало тех, кто хотел бы убить великана. Они надеются застать нас врасплох: наблюдают, выжидают, ищут возможность напасть. Но этой возможности у них не будет, по крайней мере, пока есть я. Поэтому в каждом уголке мира у меня есть люди — любой ценой они выполняют приказы «Третьего энелона». Кому-то придётся заплатить до того, как поплатятся все. Кому-то придётся отправиться туда, куда никто не рискнёт сунуться, и сделать то, на что остальным не хватит смелости. Это вопрос верности принципам. Проблема Сэма Фишера в том, что он принимает всё слишком близко к сердцу. Но это лишь работа. Когда ты на задании, что бы ни случилось, выполняй приказы. Если ты не выполнишь приказ — это сделает другой. И если ты не понимаешь этого — тебе не место в нашем бизнесе. Фишер не смог этого понять. И его время закончилось, а моё — только начинается. Спи спокойно, Америка. Том Рид присмотрит за тобой.

Эта страна основана эмигрантами. Отбрось свои европейские комплексы неполноценности. Здесь ты снова человек, а не истерзанный комок плоти, прилепленный к собственному паспорту.

Америка, возможно, единственная страна на свете, где право на счастье записано в конституции.

Можете быть уверены, что американцы совершат все глупости, которые смогут придумать, плюс ещё несколько таких, какие и вообразить невозможно.

По части замены народа опыт у американцев огромный. Когда-то, ворвавшись на территорию, которую они теперь считают своей, эти ребята перебили и сожрали сто миллионов бизонов, между делом перестреляв семь миллионов индейцев. Теперь, судя по высказываниям своих госсекретарей, навострили лыжи в Сибирь и на Дальний Восток. Нация, построенная на чужой крови. Хотим ли мы повторить судьбу американских индейцев?

Мне об Америке не пишется,
Все меньше понимаю в ней.
Пусть пишет Гинсберг — кто в ней изверг.
Пишу про наших упырей.

Все реже говорю — «Россия»,
чтоб всуе не упоминать,
поняв одно — что не под силу
за жизнь одну ее понять.

На самом деле везде, где сегодня погибают американские солдаты, они погибают от прямых последствий американской внешней политики. Америка действительно непобедима, потому что не может же она победить саму себя.

Блестяще закончил Н. В. Злобин, который сказал: чем отличается Америка от России? Задача Америки — преуспеть. Задача России — выжить. Я с ним соглашусь. Только я назад зеркало оберну. Поскольку Америка не может себе представить, пока, что решается вопрос о ее выживании, у нее нет такого исторического опыта, Поэтому она будет проигрывать очень серьезно. И у нее есть один-единственный шанс — в какой-то момент понять, что речь идет о ее существовании. И всерьез отвечать именно на этот вопрос. Шансов немного.

Вы замечали, что открывать бывает легче, чем закрыть? Скажем, коробку сардин или Америку…

Связной мафии: Ты циничный ублюдок, ты это знаешь?
Обама по телевизору: [неразборчиво]… утвердиться в фундаментальной истине, что нас много, но мы едины!
Связной мафии: Слышал, что он сказал? Задумайся.
Джек Коган: Не смеши меня. «Мы один народ». Этот миф создал Томас Джефферсон…
Связной мафии: О, и Джефферсон тебе не угодил?
Джек Коган: Друг мой, Джефферсон — американский святой, потому что написал, что все люди сотворены равными. Во что он явно не верил, раз оставил своих детей подневольными. Богатый сноб, не желавший платить налоги Британии. Он начирикал красивые слова и поднял людей, которые пошли умирать за эти слова. А он сидел, пил дорогое вино и трахал свою рабыню. [Указывает на телевизор с Обамой] Он говорит мне, что мы живем в обществе? Пусть не заливает. Я живу в Америке, а в Америке каждый сам за себя. Америка — это не страна, а всего лишь бизнес. Так что — давай, плати мне.

Меня можно назвать воплощением американской мечты. Моя биография — это просто её конспект, в котором написано: ты можешь прийти откуда угодно, делать в этой стране что угодно и ты станешь богат. И это огромная разница между страной, в которой я выросла, и страной, в которой живу сейчас. В сегодняшней Америке мечты не сбываются.

 Каждый здесь может начать сызнова, изменив все, чт

Ибо на сострадание здесь рассчитывать не приходится, ибо все, что он знал об Америке, оказалось правдой — лишь счастливцы — зато уж в полной мере — наслаждались здесь своим счастьем в окружении беззаботных улыбок себе подобных.

В парикмахерской на Мичиган-авеню, где мы стриглись, один мастер был серб, другой — испанец, третий — словак, а четвертый — еврей, родившийся в Иерусалиме. Обедали мы в польском ресторане, где подавала немка. Человек, у которого мы на улице спросили дорогу, не знал английского языка. Это был грек, недавно прибывший сюда, прямо к черту в пекло, с Пелопоннесского полуострова. У него были скорбные черные глаза философа в изгнании. В кинематографе мы внезапно услышали в темноте громко произнесенную фразу: «Маня, я же тебе говорил, что на этот пикчер не надо было ходить».
— Вот, вот, мистеры, — говорил Адамс, — вы находитесь в самой настоящей Америке.

Не только в Америке, но и в любой другой стране мира люди далеки от совершенства.

Американцы все-таки спешат. У них времени нет. Потому что вся американская модель строилась на том, что Америка наверху пищевой цепочки. И все ресурсы, все финансы — туда. А сейчас Америка — это 15% мировой экономики. Это как СССР, когда Горбачев пришел к власти. Американцы спешат. Им надо усидеть. А для этого им надо подавить Китай и Россию. Они могут сколько угодно модернизировать свое вооружение, но мы тоже это делаем. И Китай это делает. Еще быстрее нас с американцами. И никогда американцы нас не перемодернизируют. Это не те США. Недавно США объявили, что они проиграли войну в Афганистане, самую длинную, 20-летнюю. Заражение коронавирусом за один день — 80 тысяч человек. Вашингтон оцеплен колючей проволокой. В офисах крупных корпораций — BLM. Это не та Америка, которая была в годы холодной войны. Поэтому нам надо держать порох сухим. Наше дело правое, поэтому победа будет за нами.

— Америка по-прежнему разделена на две части, одна – для белых, одна — для черных, так что это по-прежнему расистская страна.
— Что вы имеете в виду под словами «расистская страна?
— Под этим я имею в виду, что в этой стране черные подвергаются дискриминации, их считают хуже белых, с ними обращаются не как с равными. Как мы знаем, с ними хуже обращаются в судах – и это касается всех чернокожих, в том числе вполне образованных. С ними хуже обращаются на работе, им меньше платят. Так что я бы сказал, что это и есть расизм. И в этом смысле это расистская страна.

– У нас в маленьких городках, – говорил он, – люди уходят из дому, не запирая дверей. Сэры, вам может показаться, что вы попали в страну поголовно честных людей. А на самом деле мы такие же воры, как все, – как французы, или греки, или итальянцы. Все дело в том, что мы начинаем воровать с более высокого уровня. Мы гораздо богаче, чем Европа, и у нас редко кто украдет пиджак, башмаки или хлеб. Я не говорю о голодных людях, сэры. Голодный может взять. Это бывает. Я говорю о ворах. Им нет расчета возиться с ношеными пиджаками. Сложно. То же самое и с автомобилем. Но бумажку в сто долларов не кладите где попало. Я должен вас огорчить, сэры. Ее немедленно украдут. Запишите это в свои книжечки! Начиная от ста долларов, нет, даже от пятидесяти долларов, американцы так же любят воровать, как все остальное человечество. Зато они доходят до таких сумм, которые небогатой Европе даже не снились.

Под этим понятием среднего американца подразумевается человек, который имеет приличную работу и приличное жалованье и который, с точки зрения капитализма, являет собою пример здорового, процветающего американца, счастливчика и оптимиста, получающего все блага жизни по сравнительно недорогой цене.

Понятно. Россия, Америка, Китай. У Америки технология. У Китая прорва народа. А у нас загадочная русская душа. Но равновесие стараются соблюдать. Потому что если сцепимся — на земле уцелеют только тараканы.

Человечество в очередной раз в опасности. Не важно, чего мы смогли достичь… всегда находим способ разрушить это. Вавилон, Рим… Империи растут, империи гибнут… Америка ничем не лучше. Думаем, что неуязвимы… Вторую мировую, войну с «терроризмом»… Мы пережили, но приблизились к краю пропасти. Тут и стоим.

Слово «война» здесь [в Америке] просто не звучало. Эта страна была отделена от своих войн океаном и половиной земного шара. Ее границы нигде не соприкасались с границами вражеских государств. Эту страну не бомбили. И не обстреливали.

Нью-Йорк слишком натоплен и слишком холоден, холоден, как этот проклятый неоновый свет — сама безутешность; кажется, что один бродишь по улицам и стучишь зубами от холода.

— Есть поговорка, что хорошие американцы после смерти отправляются в Париж. А дурные?
— В Америку.

— Какое бессердечие, не хочет вести родных детей на бейсбол!
— Нет-нет, это не мои дети.
— Это неправильно!
— Я ненавижу бейсбол!
— Это уже не по-американски!
— Нет, вы слышали?! Может ты и яблочный пирог не любишь? И щенков? И родную маму?

Америка — не для меня. Стремление выжать из всего прибыль, этот педантизм омрачает радость общения с людьми, нарушает ощущение уважения к ним.

Смеяться лучше, чем плакать. И человек смеется. Вероятно, в свое время он принуждал себя смеяться, как принуждал себя спать при открытой форточке, заниматься по утрам гимнастикой и чистить зубы. А потом – ничего, привык. И теперь смех вырывается из его горла непроизвольно, независимо от его желания. Если вы видите смеющегося американца, это не значит, что ему смешно. Он смеется только по той причине, что американец должен смеяться. А скулят и тоскуют пусть мексиканцы, славяне, евреи и негры.

Эта страна ещё очень молода, а некоторыми болезнями лучше переболеть в детстве.

На свете, в сущности, есть лишь одно благородное стремление человеческого ума – победить духовную и материальную нищету, сделать людей счастливыми. И те люди в Америке, которые поставили своей целью этого добиться – передовые рабочие, радикальные интеллигенты, – в лучшем случае считаются опасными чудаками, а в худшем случае – врагами общества.

Индейцы уносили свои богатства всё дальше. На их следы не упало ни одной чужеземной тени. Меж тем в лесах, где раньше ступали лишь ягуары, двуногие прорубали себе дорогу, делали её шире и шире.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ