Цитаты про авиацию

Мы подготовили для вас подборку лучших, по нашему мнению, цитат про авиацию. Среди поучительных и полезных жизненных высказываний, мы надеемся, вы найдете нужное.

Эффектные строки:
…Рассудку вопреки,
Наперекор стихиям… —
в авиации категорически неприменимы: успешно продвигаться «наперекор» стихиям здесь удаётся, только неуклонно следуя велениям рассудка.

Подмосковный город Жуковский. Летом утопает в зелени. Лесопарковая зона отделяет город от аэродрома. Здесь всё связано с авиацией. Центральный аэродинамический (ЦАГИ) институт. Ведущие авиационные предприятия. Лётно — исследовательский институт (ЛИИ). Опытные конструкторские бюро — фирмы Микояна, Сухого, Мясищева, Ильюшина, Туполева.
Где ещё такое увидишь? Вот в этом городе я живу и работаю с 1958 года.

 Главное концентрация внимания — одно из основных к

Самолет — это вовсе не оружие войны и не орудие для коммерции. Самолет — это прекрасная мечта, а конструктор — тот, кто эту мечту воплощает.

Лётчиков-испытателей часто называют экзаменаторами самолётов. Это почётно и в общем правильно. Но нельзя забывать, что если лётчик-испытатель экзаменует самолёт, то и самолёт каждый раз, в каждом полёте, в свою очередь, экзаменует лётчика-испытателя. И делает это со всей строгостью. Срезавшийся зачастую уже никогда не сможет попытаться исправить отметку.

— Мы похожи на Ахиллеса, который пытается догнать черепаху, отстав от нее на двадцать лет. Путь в двадцать лет мы проделываем за пять, но за это время черепаха уползает вперед еще на пять лет, эти пять лет мы пробегаем за год и так далее.
— Так нам придется без конца за ней гонятся…
— Пока ничего другого нам не остается, но когда-нибудь мы ее догоним и перегоним!
— А нельзя ли сразу стать пусть маленькой, но черепашкой?

— Давайте «продуем» петуха.
— Нет, этого мы делать не будем.
— Но почему же?
— Потому что петухи не летают!

Авиация — это таран, проламывающий стену незнания для разных наук.

В небе жизнь проще.

Вот такая бригада по лётным испытаниям, помогает лётчику испытывать самолёты, давать ему «путёвку в жизнь»

Сейчас быть в КПРФ — это как в партизанском отряде. Моя цель — отстоять отечественную авиацию. Эти же цели у коммунистов. Нынешнее время — бесплодно, его символ — уничтоженный Буран.

Человек не имеет крыльев и по отношению веса своего тела к весу мускулов в 72 раза слабее птицы… Но я думаю, что он полетит, опираясь не на силу своих мускулов, а на силу своего разума.

Что бы там ни было, штурвал не бросай.

Я — Авиатор… Я летал над морем, над собором, над пирамидами. Четыре раза я разбивался насмерть. Остальные разы — «пустяки». Питаюсь только воздухом и бензином… В общем, я счастливейший из одесситов…

Денег на свою авиацию нет, деньги на торговые центры и на храмы есть всегда. А ещё на бесконечный поток пропаганды, очерняющий советскую историю. Это закономерно. Забудьте о небе! Связь с небом отныне поддерживается при помощи танцев и молитв.

 Из всех живых существ лишь человек в полете имеет

…Если бы все придуманное и разработанное на земле столь же безотказно действовало в воздухе, лётные испытания были бы не нужны. И нам с тобой срочно пришлось бы менять профессию.

Строить один самолёт в год — это не авиастроение, это роды!

В ясную тёмную ночь, я поднимаю голову вверх и в каждой яркой звезде я вижу тех, с кем пролетал сорок лет, это и лётчики, штурманы, бортрадисты, ведущие инженеры и их помощники, борт-электрики, авиаспециалисты, механики и мотористы..

Один день авиадиспетчера.

Жена: — Ты суп будешь?
Диспетчер: — Контроль принял!

Прогресс авиации обеспечивается коллективным трудом людей..

Всегда надо быть на чеку.
Вот так сорок календарных лет за штурвалом.

Это моя гордость, — «ТУ-144». И не только моя, у нас так её и звали «Национальная Гордость». Писать о проведенных испытаниях этого самолёта нужно отдельно.

— Кли-им! А быстро не получится! Ему, сто лет в обед.
— Стволы в небо и шуткуем!

И тут сработали военные годы: слабенький полуголодный, да еще в пятом классе, когда у нас в Хвойной израненный самолет Пе-2, заходил на посадку, срубил верхушки трех сосен около железнодорожного моста, врезался в дом где была контора Заготзерно. Погибло 11 человек. Они похоронены у нас на кладбище в братской могиле. Я тогда сбежал с урока к «Заготзерну», видел всю эту страшную трагедию и поклялся: буду лётчиком.

В составе большого экипажа существенно не только что сказать своим подчинённым, но и как сказать.
Кое в чем я сознательно нарушал узаконенные формулировки внутрисамолетных переговоров.
Так, вместо высокопарного «Экипаж, взлетаю!», я, как, впрочем, и большинство моих коллег, перед началом разбега почти всегда говорил: «Поехали!»
Это стало в авиации общепринятым. Хотя некоторые наиболее последовательные сторонники уставной терминологии, бывало, упрекали меня за подобную, как им казалось, профанацию высокой терминологии нашего благородного ремесла.
— Что значит «поехали»? Ты что, извозчик или вагоновожатый? И вообще, вечно у тебя какие-нибудь отсебятины! Вчера опять в кепке летал. Черт знает что!

Неприязнь к шикарной фразе — «Экипаж, взлетаю!» — я почувствовал с тех пор, как однажды услыхал её из уст лётчика, который работал только на легкомоторных самолётах и перед взлётом гордо изрекал её, адресуясь к «экипажу» в составе… одного человека.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ