Цитаты про фильм

Мы подготовили для вас подборку лучших, по нашему мнению, цитат про фильм. Среди поучительных и полезных жизненных высказываний, мы надеемся, вы найдете нужное.
 Фильмы — истории, рассказанные в картинках. Вместо

Кино, попкорн и мы сидим с Настей.
— А что это за фильм? Какой-нибудь ужастик?
— Не — это блокбастер, всё перемешано,
Крепкий орешек — да Джек, просто бешенный!

Фильм подобен сну. Ни одно искусство не способно обратиться к нашей совести, к самым темным и потаенным уголкам нашей души так, как это делает фильм.

Здесь нет дублей, зрителей тоже нет. Фильм — это история, а история — это мы, мы и есть фильм.

Сложные фильмы легче смотреть рядом с простой, незатейливой девушкой.

О, как они пытаются нас догнать! Просто выбиваются из сил, благослови господи их невинные сердца. А мы веселимся, наблюдая за этими попытками, и все больше опережаем их. Они пристально изучают наши комиксы, и знаете что? Тут они заметили, что мы используем много красного цвета в оформлении обложек. И решили, что этом наш секрет успеха, тут же добавив побольше красного на свои обложки. Как только мы увидели это, мы полностью отказались от красного цвета. И не только не потеряли покупателей, а наоборот — приобрели. Это буквально сводило их с ума.

— Лапочки, звёздочки, душечки! Скорее, эти парни сегодня войдут в историю! [Афиши]
Поющие под дождём. В ролях: Дэнни, Сойер и Падж. Касабланка. В ролях: Френсис и Крэнстон. Маска. В главной роли: Крэнстон. Черепашки — ниндзя. Иствикские ведьмы. Забавные ворчуны. Супермен. Бителджус. Смерч. Бэтмен и Робин. Освободите Тилли.

До меня все долго доходит. Очень долго. Иногда мы успеваем отснять полфильма, пока я внезапно не пойму, о чем вообще этот фильм.

Кажется, у меня есть какая-то особая тяга к фильмам с высокой концентрацией насилия в кадре. В определенной степени я уже потерял всякую чувствительность к сценам такого рода, поэтому сами по себе они меня не трогают.

Я не хочу сказать, что фильмы могут изменить мир, но если мы сможем изменить восприятие хотя бы одного человека, мы сможем изменить его мир.

Я люблю старые фильмы. В них четкая грань между черным и белым. С ними жизнь кажется проще.

Как только вы преодолеете барьер высотой 1 дюйм — субтитры, вы познакомитесь со многими другими замечательными фильмами.

Terminators, Uzi makers
Shootin’ up Hollywood
Snakes alive with a.45
Gettin’ off and doin’ no good
If you ain’t wise they’ll cannibalize
Tear the flesh off of you
Classified lady killers
Preyin’ in a human zoo
He’d saddle you up
And take you to town
Better look out
When he come around.

— Сейчас оторвёмся. С такими как он, обычный допрос не работает… [цитата с фильма ” База «Клейтон»]
— Кончай уже цитатами из фильмов и сериалов сыпать.
— Чёрта-с-два! У тебя на меня ничего нет…
— «Тренировочный день».
— Спаси нас, Оби — Ван..
— «Звёздные войны».
— Никто не сбросит маму с поезда… Ну где? Где сейчас твой Бетмен?..
— Господи, он же псих!! Пожалуйста, спасите! Полиция!!

Если вы делаете плохой фильм о том, что надо любить Родину или надо любить мать, то ребёнок остаётся равнодушным к идее, что надо любить мать и Родину. И воспитывает это как раз противоположные цели, чем ставили задачу. Детское кино воспитывает не потому, что оно детское, а потому что оно искусство.

Когда юмор опускается до уровня «покажи писюн, дотронься до писюна» — тут и говорить нечего! Мне действительно сложно визуализировать человека, который хотя бы улыбнётся с этого. Ребёнок из детсада? Но рейтинг у фильма 18+! Залог успеха — простота! Не нужно ничего сложного, раз идут на это!

Иногда мы неправильно понимаем, на что способен кинематограф. Впихиваем в фильмы целые книжки, где люди три часа разговаривают — ну куда это годится? Не стоит забывать, что даже один кадр, одна деталь способна рассказать историю, если сделать на ней должный акцент.

А третьей части Джон стал городским спасателем,
Боролся он Настя, с психом-взрывателем
— Что, погибли люди?
— Как ты догадалась?
Но если Джон жив, — то надежда осталась
Он даже попал, в чёрный квартал,
Голый от негров убегал.
— И что случилось с ним?
— Тут главное — не мешкать,
Если дороги тебе крепкие орешки.

Если мы чем-то всерьез восхищаемся,
В образ какой-то влюбляемся истово,
Так мы с душою своею общаемся –
Отзвуки ловим желаний и истины.
Проблески веры, надежды и радости,
Страха и грусти, беды и отчаянья –
Всё между строчек когда-то читается
Или с экрана польётся нечаянно.
Фильмами, музыкой, песнями, книжками –
Мы исцеления ищем однажды.
Пусть… Это сердце пытается вылечить
Что-то давно позабытое, страшное.

Проблема большинства современных фильмов заключается в том, что они выходят на экран до того, как их успевают закончить.

Жизнь очень похожа на фильм. В фильмах нет движения, это лишь быстрая смена кадров, картинок, изображений. Так же и жизнь просто быстрая смена моментов.
Фильм хорош настолько, насколько хорош каждый его кадр. Так и жизнь приятна настолько, насколько приятен каждый момент. Живите моментом.

— Мне не очень нравятся такие фильмы.
— Какие?
— Фильмы с субтитрами.
— Что? В твоей школе не учили читать?

В жизни нельзя делать всего две вещи: женитьба и интрижка. Ты делаешь и то, и другое.

Моя история — это один большой круг вроде плюшки с корицей, а не прямая линия, указывающая на ближайший выход. Невозможно рассказать всю жизнь человека за два часа. Можно лишь оставит впечатление о ней.

В этой стране налаженный издательский конвейер действительно способен быстро откликнуться на любой спрос и выдавать промышленную продукцию сразу промышленными партиями. Причем в полноводном потоке обычно все перемешивается: паника, трезвый анализ, протест, циничный расчет на всегдашнюю любовь читателей к страшненькому и просто стихийная реакция на моду, которая, бог даст, продержится долго. Шум, ярость, страх, надежда, боль, недоумение…

Беспросветная жестокость продолжительное время не вызывает больше жалости. Она вызывает привыкание. Эмоции сильны на контрасте.

– Фаина Георгиевна, какой у фильма «Подкидыш» успех! Благодаря этой роли у вас появились тысячи поклонников.
Раневская морщится:
– Это поклонники роли, а не мои.

Здесь очень мало реплик, очень много молчания, но при этом нельзя сказать, что ничего не происходит. Особенно важную роль тут играет звук и музыка. В фильме есть молчание, но никогда нет тишины.

И снова привет, мои фанатичные фанаты! Слышал, в соц. сетях только и обсуждают мой новый шикарный «Лего Фильм: Бэтмен». Это как тот первый «Лего Фильм», только гораздо круче, потому что он целиком и полностью обо мне любимом! Но поскольку таким крутым, как я, одного ролика в неделю недостаточно, у меня их будет целых два! Зацените!

Ненавижу говорить о моих фильмах. Почему вы считаете, что я знаю, о чем они?

 Подобно девочкам, просто желающим влюбиться, мы та

— Эдит выгнали [из монашеского ордена] из-за беременности. И она наказывала ребёнка за это всю его жизнь.
— Какая мрачная история.
— Эй, ни один фильм ужасов и близко не сравнится с жизнью.

Это фактически невыносимо смотреть! Мне прям больно, моя душа скукожилась до размера таланта авторов!

Каждый фильм должен состоять как минимум из трёх этажей. Первый этаж — это действие: кто куда пошёл, кто кого убил, кто кого полюбил. Второй этаж — это социум: почему пошёл, почему убил, за что полюбил. И третий этаж — то, что можно назвать философией, то, что выше этого. А зритель — в зависимости от своего опыта интеллектуального, в зависимости от своего багажа, своих вкусов — может откусить от этого «пирога» столько, сколько сможет. Но предложить нужно всю гамму, все возможности. Авторское кино — это третий этаж без первых двух, он в воздухе висит. А большинство фильмов, которыми заполнены кинотеатры — это первый этаж, где кроме того, кто кого трахнул и кто кого убил, ничего больше нет.

При создании кино нельзя кривить душой. Когда мы снимали фильм «Брестскую крепость», всплыли такие жуткие факты истории, которые вообще не стоит показывать на экране.

― Да, это огромное здание. Надо разделиться и поискать Уилла.
― Так не скажет ни один выживший в фильме ужасов.
― Ноа, иди со мной; ребята, держитесь вместе.
― Это глупо, но… Ладно… Не слушай.

Я всегда забочусь о том, чтобы фильм, независимо от темы, мог заинтересовать зрителей. Конечно, вы можете снять какую-то очень художественную повесть, скажем, о вязании крючком. Но кто же купит билет на что-то подобное? Признаюсь, что всякий раз, когда мне в голову приходят идеи такого рода, я предпочитаю встать с кресла и поиграть в теннис. Уверен, что, по крайней мере, искусство от этого ничего не потеряет.

Во главе любого фильма стоит продюсер. Именно он принимает все решения: от выбора актеров до утверждения костюмов, контролирует монтаж, звук и маркетинговую политику. И в конце концов именно продюсер выходит на сцену, чтобы получить «Оскар» за лучший фильм. Продюсер, а не режиссер.

Недостаточно просто врубить грустную музыку и рассказать грустную историю! Так не работает! Возьмём всё ту же «Клинику». Серия 2, сезон 8, в которой умирал чёрный пациент. Казалось бы, мы тоже не видели его семью, мы не видели флэшбэков или чего-либо из его жизни. Перед нами просто прикованный к кровати мужчина, который скоро умрёт. Почему же его история вызывает сопереживание и грусть? Да потому что он не картонка, у него есть человеческие потребности, у него человеческое поведение. Он не вываливает всё сокровенное первому встречному в первую же минуту знакомства. По крайней мере, для зрителя. То же самое не делают и обычные люди, такие, как мы с вами. Чтобы сопереживать, ты хочешь раскрытия персонажей.

— Я снималась в «Четверо — уже толпа» с Эрролом Флинном.
— О, Оливия Де Хэвилленд!
— Вы видели это тоже?
— Да, «Четверо — уже толпа» — потрясающий фильм, а кого вы играли?
— Толпу.

— У нас же не дурацкий сюжет с открытым концом?! У нас должен быть счастливый конец.
— А по-моему, сюжет дурацкий.

Фильм хорош ровно настолько, насколько хорош его злодей.

Вот почему мне нравится заниматься фильмами о семейных отношениях. Нет ничего важнее попыток наладить «погоду в доме». Семья – это необязательно родные тебе люди. Это те люди, благодаря которым сформировалась твоя психика, твоя личность. Поэтому очень важно по возможности поддерживать эти отношения.

Многие люди думают, что работа в театре должна быть гораздо труднее, чем съемки в фильме, но любая излишне театральная актерская игра прекрасно видна на камеру, так что вы должны работать так, чтобы убрать всю театральность и выглядеть максимально убедительно.

Вы когда-нибудь слышали о такой теории бесконечности говноремейков? В нашем зрительском восприятии фильмы выходят по очерёдности. Выходит оригинал — выходит ремейк. Но за пределами нашего восприятия, с позиции киноделов, оригинала будто не существует. И с этой позиции, с позиции киноделов, мы бы увидели, что кинобизнес — это блин. Некий объект, состоящий из премьер в супер-позиции всех фильмов, на которые можно сделать ремейки. И эти ремейки кружат по кинотеатрам, как карт по треку. Для нас это кино, для них это бизнес. И мы будем смотреть говноремейки снова и снова, раз за разом, снова и снова.

 Я люблю эти фильмы, соответственно я люблю жить ка

Нам было грустно; мы не видели фильма о котором мечтали. Всеобъемлющего фильма, который каждый из нас носит в себе. Фильма, который мы хотели бы снять. Или тайно в душе, хотели бы прожить.

Но во второй части, вернулся его брат,
Захватил аэропорт с десятком ребят.
Но Джон, хотя и не высокого роста,
Но супер-герой еще девяностых.
Крутился в крови, как в сметане пельмешки,
Побеждают те, у кого крепкие орешки!

Это не история любви, это история о любви; о тех, кто уступают ей и о той цене, которую они за это платят; и тех, кто бежит от неё, потому что боятся или потому что не верят, что они достойны любви.

Вот о чём я говорю, вот что я имею в виду, когда говорю о лицемерии, осквернении и продажности. Здесь работают идеи куда шире. Все мы, всё наше общество. Забудем их участие в этом фильме… Вот, к чему ты приходишь после тридцати часов создания обзора. Смотришь им в глаза, пусть даже на видео и не важно, что они говорят в интервью. Ты всё равно это видишь. Знаете, что? Смирение. Не сразу, но в последний момент они смиряются. Это облегчение ни с чем не спутать. Сначала им страшно, они берут деньги за роль, зная, что порочат достояние, а потом они смиряются. И тут приходит осознание — как это просто плюнуть на всё хорошее.

Не принижайте себя, мистер Манкевич. Скоро фильмы обретут голос. Тогда на первый план выйдут люди, уважающие слово. Приближается «золотой век», когда весь мир превратиться в театр, а вы, может, станете в нем Шекспиром.

То, что показывают сейчас — это не фильмы. Это оглупление зрителя и инъекция безвкусия.

Я думаю, прямо утром в понедельник, после премьерного уикенда первой серии, Джонни Депп и продюсер Джерри Брукхаймер сели позавтракать и решили: «А давай до конца жизни будем снимать пиратские фильмы и станем богаче Билла Гейтса!»

Фильм не должен навязывать свою точку зрения, он должен заставлять думать.

— Ты неуправляемый, Томми…
— Так и есть, Полли.

Все семейные фильмы начинаются с убийства: Король Лев, Бемби, Пила 7…

У тебя потрясающая жизнь. Сейчас даже фильмов таких не снимают. Я мог бы снять о тебе фильм, и все подумали бы, что это выдумка. Решено — ты станешь героем моего нового романа.

Я бесконечно смотрю фильмы, и я потрясен тем, что уже было сделано в кино.

Раньше строили градообразующие предприятия, сейчас — снимают шлюхообразующие фильмы.

Люди, живущие скучной жизнью, нуждаются в какой-то эмоциональной встряске, и такой эмоциональной встряской становятся для них фильмы ужасов. Когда обыватели смотрят фильмы о мертвецах, они каждый раз получают подтверждение тому, что все еще живы и что мир вокруг них стоит непоколебим.

Делать фильм очень страшно, ведь даже придумав множество идей, проведя масштабную подготовку и собрав команду, которой можно доверять, вы создаёте фильм из ничего, всё время находитесь рядом с зияющими пустотой трещинами и в любой момент рискуете потерять всё.

Все эти ваши стишки, песенки, разоблачающие фильмы про «ай-яй-яй» –
Всё это ничто против одного точного выстрела в голову!

— Золотой пистолет… Уникальный и что-то мне напоминает.
— Да, фильмы про Бонда с Роджером Муром. Возможно, убийца это Скамаранга — мужик с тремя сосками!

Это, знаете ли, тренд такой [в фильмах], делать много историй, чтобы замаскировать мало юмора, под которым замаскировано отсутствие смысла.

Я всегда думал, что работа режиссёра очень нудная и утомительная. Ну, ты как бы являешься центром нервной системы, когда через тебя проходит слишком много информации, у тебя начинает болеть голова.

— Однажды вы сказали, что скорее предпочли бы снять фильм про человека, выгуливающего собаку, чем про императора Китая…
— Ого, не помню такого… Теперь я хочу снять фильм про императора Китая, выгуливающего собаку.

Вы когда-нибудь слышали, чтобы в кинотеатрах вышел комедийный фильм «Распятие Иисуса Христа»? Думаю, нет. Просто есть вещи, над которыми смеяться нельзя.

Люблю хорошие фильмы. Они помогают нам по-другому взглянуть на некоторые обыденные вещи.

Терминаторы, производители УЗИ
Расстреливают Голливуд.
Предатели живы лишь благодаря А -45,*
Они сошли с пути и стали бесполезными.
Если не будешь предостерегаться, тебя сожрут,
Порвут твою плоть на куски.
Спрятавшиеся сердцеедки,
Охотятся в человеческом зоопарке.
Они седлают тебя, и ведут в город.
Лучше постерегись, когда он появляется.

[Терминаторы, производители «Узи» –
Все стреляют в своем Голливуде.
Настоящие змеи с кольтами,
Палят и палят. Ничего хорошего от них не жди.
Будешь долго думать, они сожрут тебя живьем,
Сдерут с тебя кожу.
Замаскированные охотники за женщинами,
Ищущие свою жертву в человеческом зоопарке.
Он враз оседлает тебя, и увезет с собой в город.
Лучше смотри в оба, когда он поблизости.]

… В итоге мы видим ужасный мир после ядерных ударов. То ли создатели хотят сказать, что советские заводы в таком плохом состоянии, что их в постапокалипсис можно определять и при этом даже не пытаться фактурить, то ли то, что в отечественном мире после ядерной войны мыть голову реже, чем два раза в день преступление против метросексуальности. И судя по местному убранству, по чистым стенам домов, по резиновым крысам на обжарке, по одежде, которая десять минут назад висела в магазине, авторов фильма постигла шизофрения. Дело в том, что показать постапокалипсис, как демонстрирует история, не очень сложно. «Безумный Макс», «Побег из Нью-Йорка», огромный поток итальянских фильмов — всё это снималось без многомиллионных бюджетов. Ведь чтобы снять помойку, нужно лишь старание.

— Кто этот лысый? В него бы я влюбилась.
— Ну ты размечталась… Это же Брюс Уилллис.
Он главный герой и не потерпит насмешки,
По фильму у него — самые крепкие орешки!

Я пришёл в Голливуд более 60 лет тому назад и моментально влюбился в кино. И этот роман длится всю мою жизнь. В то время в этом городе блеска и мишуры ещё не было ни мультиплексов, ничего. Ни блокбастеров, ни DVD. Тогда ещё корпорации не владели киностудиями. Не было и в помине разных там спецэффектов. И, конечно, раньше не объявляли, сколько денег, какой фильм собрал.

Фильмы — это искусство, их нельзя ставить на поток!

В фильме звучат такие слова, как «эксклюзивный», «паническая атака». Ребят, место действия — Советский Союз 80-х годов. Главный герой — пожарный. Где, мать вашу, его смузи и почему он не говорит Оле, что она его краш?

В этом бизнесе покупатель не получает ничего, кроме воспоминаний. То, что он купил, остается у того, кто ему это продал. Вот где настоящая магия кино. Не верь тем, кто говорит иначе.

 Есть столько способов снимать фильмы, сколько люде

Пожалуйста, не надо считать, что этот фильм снимали для того, чтобы унизить определённую группу людей! Этот фильм унижает всё человечество своим существованием!

— Эй, а про чё фильм?
— Про две тонны говна.

… Котова, которая вдруг научилась говорить, улыбается и объясняет, что они едут на Берлин. И лыбящаяся колонна во главе с Котовыми первыми движется в логово зверя, отдавая честь сумасшедшему нацисту. Удивительно, а я вот читал мемуары, там пишут, что как только заходили на землю, которая была захвачена, то у солдат ещё долго улыбок не было. Говорят, что потрясение, получаемое от вида живой почвы, худых и полумёртвых людей, а также тупо выжженного пространства и отсутствия какой-либо живности, отрицательно действовало на настроение человека, особенно, если этот человек знал, что до этого на этой земле всё было хорошо. Но фильм не про вымысел пропагандистов, которые писали свои мемуары, видимо, под дулами пулемётов «Максим». «Утомлённые солнцем 2» — это правда. Правда, которую спонсируют на твои деньги, зритель. Это правда о твоих предках, которую так хотел показать Михалков.

Давным-давно жил-был мальчик по имени Дэдпул, который снялся в неожиданно выстрелившем фильме. А в индустрии, где эксплуатируют раскрученные бренды, это значило одно — немедленный сиквел!

Каждую неделю получаю тысячи писем от жителей Америки, которые рассказывают мне о социальных несправедливостях и других проблемах, предлагая снять про это фильмы.

Кино — для многих вещь коллективная, щедрая, там дети хлопают в ладоши, когда появляется агент 007. Кино делает людей лучше; фильмы можно смотреть вдвоем, обсуждать. А вот твои книги — эгоисты. И одиночки. Некоторые даже и прочесть-то нельзя. И открыть нельзя, такие они старые. Кому интересны только книги, тому никто не нужен, — вот что меня пугает.

Он гребаная акула из гребанных «Челюстей»!

Романтизированный стереотипный страстный секс из западных фильмов не похож на секс в наших фильмах. В наших фильмах после ссоры женщина сидит, прикладывая пельмени к лицу и дочке своей говорит: «Ничего, ничего, сейчас папа в тюрьму сядет и жизнь наладится!»

Общество ничего не видит, потому что его держат в состоянии глубокого гипноза. Никогда ещё народ не был таким тёмным, как сейчас. Человеку не дают шанса остановиться и осмыслить происходящее. Нескончаемые сериалы, один тупее другого, пошлая эстрада, похотливые или агрессивные фильмы, аккуратно воздействуя на подсознание, культивируют дух эгоизма и насилия. Нормальный человек за короткий промежуток времени превращается в беспринципное животное, ведущее абсолютно бессмысленную жизнь.

Когда выходишь с другом из кино, можно сразу без проблем обсудить фильм. Когда закрываешь книгу, ее сначала требуется обдумать.

Через полчаса можете включить телевизор и увидите уголовное преступление.

Фильм — это мысль о мысли, это повод для поиска ответов.

Окей, специально для Насти,
Рассказываю всё, что было прямо с первой части:
Брюс Уиллис — это Джон МакКлейн, он полицейский,
Большой стаж работы и опыт житейский.

Короче, террористы захватили здание,
Для Джона МакКлейна — это новое задание,
Увидел он, среди заложников в плену…
— Свою сестру?
— Нет, свою бывшую жену.
А кто ж не хотел спасти свою бывшую?
И главного злодея сбросил Джон с крыши.

Я должен одержать победу в Берлине или пасть вместе с ним

 Я на самом деле никогда не читал фантастики и не с

Я потратил на этот фильм почти два миллиона долларов. Неужели это вам не волшебная сказка?!

К сожалению, меня обычно приглашают в новые фильмы играть одни и те же типажи персонажей.

В фильме все должно быть лучше, чем в настоящей жизни.

Может, проще скрытые видеокамеры на стройке поставить, чем платить многомиллионные бюджеты на полнометражные видеотчёты?

Надо снимать сердцем, совершенно искренне и максимально честно относясь к материалу, к себе самим и к будущему зрителю.

Он от Нетфликс — Боже мой. Смотрите его только в том случае, если хотите провести следующие 36 часов своей жизни в ужасно подавленном состоянии, а потом не есть рыбу 18 месяцев.

Если только подумать о концепции фильма! Боже мой! (Смеется.) Когда я впервые услышал о том, что Квентин собирается изменить факт смерти Гитлера… Что?! Он в своем уме?! Но он сумел все это преподнести в совершенно потрясающем виде!

Последние съемки у меня три-четыре года назад были… Приглашают стрелять, убивать, насиловать, красть – примитив омерзительный!

Возможность представить свои фильмы на «Трайбеке» – такая привилегия. Это невероятный опыт, и просмотр двух своих фильмов за такой краткий промежуток времени помог мне на все сто процентов осознать, что я актёр.

«Полёт Валькирии» Вагнера? Вам не хватило одной осквернённой могилы? Есть закон об оскорблении чувств верующих, но закона о защите любителей музыки нет! При этом музыка существует, а Бога нет. Queen, Элвис, Вагнер — всё это использовали в самых сраных комедиях, и вы хотите сказать после этого, что Бог существует?

Преимущество кино – его способность добиваться совершенства. То есть гениальный режиссёр может отснять, остановиться, переснять, смонтировать и перемонтировать свою мечту до тех пор, пока не получится то, что он хочет.

Все, что я хочу на Рождество — это еще один фильм с Одри Хепберн.

— Давай, думай о чем-нибудь веселом!
— О, а помнишь тот весёлый фильм, где в конце умерла собака?

Я не против пошлости, но никакой шутки, связанной с пошлостью, они не вставляют. Они думают, что показ половых органов или намёк на них уже считается шуткой. Судя по всему, у кого-то вместо головы половые органы!

 Чем больше фильм дегенеративен, тем больше создате

— Есть сюжет фильма «Скорость».
— Да, вот оно, зафигачим бомбу в автобус!
— Крутая идея! Захреначим бомбу в автобус и на скорости пятьдесят миль в час он взорвется. Что за хрень?
— Ты сказал — плохих идей нет. Я предлагаю варианты.
— Я ошибался — идея говно, фильм говно и вы тоже говно!
— Эй, это то кино, где снимается Сэнди Буллок?
— Пошел ты! Я люблю Сандру Буллок!

Реальность часто отличается от того, что в книгах или в фильмах.

Вы же понимаете, что, если инопланетяне прилетят на Землю, то нам придется объяснять, почему мы сделали сотни фильмов, в которых убиваем их.

Конечно, хочется, чтобы рецензии были позитивными. Но в карьере актера в 95% приходится слышать, что что-то было не так. Мы обзаводимся толстой кожей и стараемся не зависеть полностью от того, что думают другие. Главная цель таких фильмов, как «Отряд самоубийц» — развлекать зрителей. Никакой политической подоплеки здесь нет. Мы не старались достичь какой-то сверх глубины, пытались лишь отобразить героев честно. Учитывая эти цели, мнение фанатов для нас было особенно важно. Если честно, я был разочарован – мне кажется, какие-то издания оценивали нас не совсем справедливо. Но в то же время реакция фанатов привела меня в восторг. Не помню, когда еще я наблюдал такой разрыв между мнениями критиков и мнением аудитории о фильме.

Дезориентация [в фильме] должна быть симптомом просмотра, чтобы зритель не понял, сколько денег на фильм потрачено и не понял тупость сюжета.

Не платить за фильмы в интернете — это прямо наша гражданская позиция. Мы лучше будем смотреть экранку, где едят громче, чем переводят, но бесплатно. А для американцев это шок! Мне один американец сказал: «Ну вы даёте, может, вы там ещё и музыку бесплатно слушаете?» Я говорю: «Чувак, я тебе больше скажу, у нас есть целая социальная сеть, которую мы тоже стырили у вас, где мы бесплатно смотрим ваши фильмы, слушаем вашу музыку и обсираем пиндосов».

Главный герой фильма — бородач по имени Свенельд. В реальности он был воеводой у Ярополка, в фильме же он ему враг. А тот, кто в жизни был врагом, в фильме стал другом. Это небольшое допущение, как если бы в фильме про Великую Отечественную Жуков был бы маршалом у Гитлера.

— Мы должны быть внимательны.
— По отношению к чему?
— К людям, сидящим в темноте и всей душой доверяющим экрану. На нас лежит огромная ответственность.

Французские фильмы всегда запутанные.

— Почему ничто хорошее не длится вечно?
— Ваши фильмы же вечны.
— Они не настоящие. В отличие от детей…

Это переход с поста на пост. Показ фильма продолжается, а зрители и не подозревают о том, что произошло.

Я «Покровские ворота»
Видел, Миша Козаков.
Ностальгично-романтична
Эта лента, милый мой.
Все играют в ней отлично,
Лучше прочих — Броневой.
В этом фильме атмосфера
Непредвиденных потерь.
В нем живется не так серо,
Как живется нам теперь.
В этом фильме перспектива
Та, которой нынче нет.

Любой фильм — религия для меня.

Если я буду снимать фильм о жизни рыб, он, все равно будет автобиографичен.

Я видела фильм, где режиссёром любовно выпестован каждый кадр, каждый предмет в кадре, каждая складка платья и где нет единственного — заинтересованности в человеке, любви к персонажу. Поэтому скользит эта талантливая лента по поверхности ваших ощущений, удивляя, временами восхищая, но никак не вызывая сопереживания с героями. А ведь тайна человечности — это непременно сострадание, сопереживание, и в них обаяние и сила искусства.

Мы ненавидим Запад, во всём ему подражая. «Какие у них примитивные фильмы, – возмущаемся мы. – Это ж фильмы не для нас. Это для одноклеточных». При этом сами с упоением смотрим, как в конце фильма главный герой – не просто шкаф, а шкаф с антресолями – после финального побоища на пустом ядерном полигоне целует, чмокая окровавленными губами, героиню-заложницу среди трупов врагов и груды затухающих ядерных боеголовок, разбившихся об его голову, в которой никогда не может случиться сотрясение, тем более – мозга

Давайте говорить честно. Если рассматривать этот фильм как курсовую работу в конце года, то он выглядит не так уж и плохо. Хотя сценаристов и автора диалогов я всё равно бы проверил на здравие путём повешения на ближайшем столбе. Но всё-таки ладно. Первая работа студентов третьего курса, которые три года не просыхали от напитка под названием «Виноградный день» вместо хождения на лекции. Но это показывали в кинотеатрах. Это показывали в 3D. Это стоило 700 тысяч долларов. За билет просили от 200 до 600 рублей. И это не 1996 год и не игра «Resident Evil» от PlayStation. Кого я обманываю, ведь даже там нарисовано лучше.

Непривычно разговаривать с деревом, но если ты слышишь. Я хочу тебя предупредить. Если Грейс с тобой, загляни в её память, и ты увидишь наш мир. Там нет зелени, они убили свою мать и здесь сделают тоже самое. Небесных людей станет всё больше. Они буду прибывать как нескончаемый дождь. Если мы их не остановим… Послушай, ты ведь для чего-то меня выбрала, я пойду до конца, ты же знаешь. Мне бы только немножко помочь.

Для меня кино это не профессия, это — моя жизнь, и каждый фильм для меня — поступок.

В фильмах всё реально. Там то, что сказано у автора, то и будет. А сцена — это всё нереально, всё в воображении зрителя.

«Ёлки 5» — это мир Жени Лукашиных. Мир, в котором нет ни одного Ипполита. Ты будто в дурдоме, где в каждом горит дух авантюризма и нет ни одного персонажа, который вытаскивал бы события из пучины безумия и хоть немного вводил бы рациональности и логики.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ