Цитаты про художников

Мы подготовили для вас подборку лучших, по нашему мнению, цитат про художников. Среди поучительных и полезных жизненных высказываний, мы надеемся, вы найдете нужное.
 Мир по природе своей не только творение художника,

Выдающихся художников понимают только следующие поколения.

— Погляди, сколько у этой скамейки ног? — вдруг сказала мама.
Ася взглянула. Вообще-то было, без сомненья, четыре, но Ася видела сейчас две и казалось, что больше нету.
— Две, — сказала Ася.
— Вот именно, — чему-то обрадовалась мама. — Художник может увидеть у лошади две ноги. Или, например, восемнадцать. И все будет правда. Все зависит от точки зрения. От собственного глаза.
Ася поняла, что мама, вообще-то, не с ней сейчас разговаривает. Может, сама с собой? Но Асе все равно было приятно вот так равноправно и не спеша беседовать со своей мамой, поэтому она возразила солидно:
— А скажут, что у лошади четыре ноги!
— Могут сказать, — вздохнула мама, подумав. — Но художников, кстати, это никогда не останавливало…

В восемнадцать лет все хотят быть художниками.

Однажды я прочитал о женщине, чьей тайной фантазией было завести роман с художником. Она считала, что он сможет увидеть её каждый завиток, каждую линию, каждый отпечаток её тела и полюбит, потому что они являются частью её уникальной красоты.

Мысль и Слово для художника – средства Искусства.
Порок и Добродетель – материал для его творчества.

Памятник художнику — его творения.

Цель художника не в том, чтобы неоспоримо разрешить вопрос, а в том, чтобы заставить любить жизнь в бесчисленных, никогда не истощимых всех ее проявлениях.

Художник Антон Хиршиг, сосед Ван Гога, с которым тот никогда не общался, как и с остальными художниками, квартирующими в Овере, позднее вспоминал «его дикие безумные глаза, в которые никто не осмеливался взглянуть».

Настоящая причина, по которой столь многие художники занялись политикой, «служением» чему-либо и т. д., заключается в том, что они кинулись на поиски порядка, хоть какого-нибудь порядка, который защитит их от яда, вливающихся в них, когда враг произносит слово «художник».

… идеал учёного — тщательная изоляция рассматриваемого им явления от мира собственных переживаний, очистка объективных фактов и выводов от субъективных эмоций. Идеал этот чужд художнику. Можно сказать, что человек тем в большей степени является учёным, чем лучше умеет подавлять в себе человеческие порывы, как бы заставляя говорить своими устами саму природу. Художник же тем более является художником, чем сильнее навязывает нам самого себя, всё величие и ничтожность своего неповторимого существования. Мы никогда не встречаем столь чистых случаев; это свидетельствует о том, что реализовать их полностью невозможно: ведь в каждом учёном есть что-то от художника, а в каждом художнике — кое-что от учёного.

Киса! Я давно хотел Вас спросить как художник… художника: Вы рисовать умеете?

Человек по натуре своей — художник. Он всюду так или иначе стремится вносить в свою жизнь красоту.

Самый важный шаг в становлении художника — научиться делиться своим творчеством с миром.

— Я еду в Париж, стану там художником, может, тогда что-то изменится.
— Но в Париже тебе будет одиноко.
— Мне везде будет одиноко.

 Творчество для художника — страдание, посредством

Высшая похвала художнику — это когда перед его произведением забываешь о похвалах.

В художнике ценят не только творчество, но и его протест против условностей. Он должен быть воплощением свободы.

Художник не моралист. Подобная склонность художника рождает непростительную манерность стиля.

Мир воображения доказал, что обладает гораздо большей силой, чем реальный мир. Какое счастье быть художником!

Только в искусстве свобода не иллюзорна. Только художник может вернуть людям чувство свободы после этого потрясения.

Призвание художника — озарять светом глубины человеческой души.

Вряд ли нужно доказывать неопровержимый и очень горький факт, что так устроен художник — его ранят чужие мнения.

Лишь одни художники умеют видеть!

Я всегда хотел быть художником, даже когда снимал. А теперь приоритеты изменились. Мечтаю стать Слабительным. Чтоб принял и сразу чувствуешь. Быть Свободным Художником – это пробирать до костей.

Не могу тебя видеть в таком состоянии! Ты же болен! Ты потеешь и дрожишь всю ночь. А теперь посмотри, к чему это тебя привело:

— Заперся в мастерской, как и всегда. Прекрати нести эту чушь об «измученном художнике»!

Художник не может большего, как открыть другим свою душу. Нельзя предъявлять ему заранее составленные правила. Он — ещё неведомый мир, где всё ново. Надо забыть, что пленяло у других, здесь иное. Иначе будешь слушать и не услышишь, будешь смотреть, не понимая.

Каждый художник — это самовлюблённый, эгоманиакальный фашист.

Практикуйтесь, практикуйтесь, практикуйтесь! Когда поймете, что у вас уже все хорошо получается, попрактикуйтесь еще. Не старайтесь быть хорошим художником – вы должны стать лучшим! И только постоянная практика сможет помочь вам в этом.

Наслаждение красивой мыслью не сравнимо с радостью ее выражения. На самом деле практически невозможно удержаться от выражения идей. Мы только инструменты в руках более мощной силы. Мы создаем с чьего-то разрешения, по чьей-то доброте душевной. Никто не создает только от себя в одиночку. Художник — прибор, регистрирующий нечто уже существующее, нечто, что принадлежит всему миру, и если он художник в действительности, он обязан это нечто миру вернуть.

Мой дед был классным художником. Он какое-то время расписывал храмы, еще в советское время. И вот однажды его вызвали в райком и говорят: «Как это вы, атеист, комсомолец, можете таким заниматься?». Он очень просто ответил, что есть только два варианта: либо разрушать храмы, либо восстанавливать.

Мир художника безграничен. Его можно найти далеко от места, в котором он живет или в нескольких футах. Хотя он всегда на пороге своего дома.

Иногда я думаю, что художники похожи на охотников, которые целятся в темноту. Они не знают, какова их цель и кого они поразят.

Ее имя — Джан Ми. Ей 23 года. Я не знаю точно, сколько мне лет, но кажется, она примерно моего возраста…. не верю. Она любит выращивать розы и есть их. Она художница. Вроде она считается одним из лучших современных художников в своей студии. В это я тоже… не верю.

Художника рождают исключительные обстоятельства, они глубоко родственны болезненным явлениям и связаны с ними; так что, видимо, невозможно быть художником и не быть больным.

Каждый художник, который изображает небо зеленым, а траву голубой, должен быть подвергнут стерилизации…

Художник для того, чтобы действовать на других, должен быть ищущим, чтоб его произведение было исканием. Если он все нашел и все знает и учит или нарочно потешает, он не действует. Только если он ищет, зритель, слушатель, читатель сливается с ним в поисках.

Работа — единственная приемлемая для художника форма общения с современниками, поскольку истинных друзей он ищет среди мёртвых либо нерождённых. Потому художник и политика суть вещи несовместимые, это не его дело.

Художник всегда одинок — если это художник.

Картина – это не пропорции и степень реалистичности, это, прежде всего, выбор – выбор ракурса, выбор сюжета и выбор подачи. Но самое главное – выбор истории, которую она заставляет зрителя пережить.

— Я тут купил кое-что, Беатрикс. Зашёл в книжный магазин и купил вот это за хорошие деньги. Хью Уитфорд пристал ко мне в клубе и полдня болтал без умолку, он вечно трясёт челюстью, купил 3 твоих книжки своей внучке, да ещё отправил с кораблём друзьям в Бомбей. Вскоре все рассказывали, что купили книгу, которую написала моя дочь. Я подумал, что и мне пора её купить, я пошёл прямо в Хэтчерс и заплатил за неё шиллинг.
— Я бы тебе её дала.
— Я хотел купить её. Как и все другие. Я должен извиниться перед тобой. Когда ты показывала мне свои рисунки, я видел лишь девочку, которая хочет услышать мои замечания, но ты больше не та девочка. Ты — художник. Подлинный художник. Я был бы горд услышать такое про себя, но теперь я горжусь тобой, Беатрикс.

Жажда наживы не создала еще ни одного художника, но погубила многих.

Благоприятные условия? Их для художника нет. Жизнь сама неблагоприятное условие.

Чтобы понять, что хочешь нарисовать, надо начать рисовать.

Он много думал и много выстрадал, но чего ему недоставало, так это решимости пробовать – первейшего свойства художника.

Кроме того, они выполняли для меня ту же роль, какую играет в скороварке клапан, не позволяющей ей взорваться. Я был художником-геем, притворявшимся «нормальным» бизнесменом — одного этого хватило бы, чтобы свести с ума и человека со здоровой психикой. А если ещё и заставить его жить с людьми, подобными моим родителям, ему осталось бы либо рисовать плакатики, либо покончить с собой. Я выбрал плакатики.

Настоящий художник производит вещи, которые не нужны людям. Но он чувствует, что дать их людям — это его призвание.

Из всех художников, которых я знавал, только бездарные были обаятельными людьми. Талантливые живут своим творчеством и поэтому сами по себе совсем неинтересны. Великий поэт – подлинно великий – всегда оказывается самым прозаическим человеком. А второстепенные – обворожительны. Чем слабее их стихи, тем эффектнее наружность и манеры. Если человек выпустил сборник плохих сонетов, можно заранее сказать, что он совершенно неотразим. Он вносит в свою жизнь ту поэзию, которую не способен внести в свои стихи. А поэты другого рода изливают на бумаге поэзию, которую не имеют смелости внести в жизнь.

Свободный художник творит без договора.

Наиболее ценные свойства в художнике — искренность и скромность.

Всякий урок прекрасного — поединок, где художник испускает вопль ужаса, перед тем как упасть побежденным.

Искусство – это не общность целей и не благородная миссия. Это выражение души художника, его индивидуальности, его титанического стремления возвыситься над обыденностью, сказать новое слово, извлечь неожиданный, загадочный, яркий самородок из-под смутных наслоений нашего бытия, заметить бесконечное в повседневном – настоящее искусство снисходит на нас как счастливое откровение, воспламеняет всё наше существо!

Художник должен компенсировать естественные недостатки своего искусства. У него есть только одна фраза, которую нужно произнести, но один момент, чтобы проявить себя. Он не может, подобно поэту или историку, распространяться.

— У меня нет такого кадыка!
— Согласен, Валентин, я преувеличил, но художник должен фантазировать.
— Только не с моим кадыком!

У художников иное, не доступное другим восприятие мира.

Не писать Рембрандт не мог. Хорошо он писал или плохо — не важно, но только Живопись делала его человеком. Искусство тем и дорого, Винсент, что оно даёт художнику возможность выразить себя. Рембрандт сделал то, что считал целью своей жизни, и в этом его оправдание. Даже если бы его искусство ничего не стоило, то и тогда он прожил бы свою жизнь в тысячу раз плодотворнее, чем если бы подавил свой порыв и стал богатейшим купцом Амстердама.

Искусство – не одномерный слепой отпечаток нашей мерзости, в которой мы существуем.

Нормальным Вы никогда и не были… И знаете, нет художника, который был бы нормален: тот, кто нормален не может быть художником. Нормальные люди произведений искусства не создают. Они едят, спят, исполняют обычную, повседневную работу и умирают. У Вас гипертрофированная чувствительность к жизни и природе; вот почему Вы способны быть их толкователями для остальных людей. Но если вы не будете беречь себя, эта гипертрофия чувствительности Вас погубит. В конце концов она достигает такого напряжения, что влечёт за собой смерть.

Миллионы художников творят, только несколько тысяч из них вызывают обсуждение или приятие зрителей, и ещё меньшему числу будет посвящено внимание потомков.

Прямая обязанность художника — показывать, а не доказывать.

Нико был истинный художник, художник, что называется, от Бога, а это значит, что он всегда жил чем угодно, но только не головой. Не ум, не логика, а что-то другое, чему пока еще, к сожалению, никем не найдено подходящего названия, двигало им в его поступках и перемещениях по жизни, и оно же, это другое, двигало его рукой, когда он брался за кисть.

Плохой художник тот, кто рвется пополам
Меж мастерской своей и барскою прихожей.

По всей видимости, художник действует наподобие медиумического существа, находя в лабиринте по ту сторону времени и пространства свою дорогу к просвету.

Хорошие художники копируют, великие – воруют.

Все художники сумасшедшие. Это самое лучшее, что в них есть. Я это очень ценю. Порой мне самому хочется быть сумасшедшим. «Ни одна благоразумная душа не лишена доли сумасшествия». Знаете, кто это сказал? Аристотель — вот кто.

Торговля предметами искусства — вообще ремесло для людей с нечистой совестью. Мы зарабатываем деньги, которые, собственно, должен был бы заработать художник. Ведь мы получаем за те же произведения во много раз больше, чем в свое время их создатель. Когда речь идет об антикварных вещах или о предметах прикладного искусства, все это еще не так страшно. Страшно бывает с «чистым искусством». Вспомните Ван Гога. За всю свою жизнь он не продал ни одной картины и жил впроголодь, а сейчас торговцы наживают на нем миллионы. И так было испокон веку: художник голодает, а торговец обзаводится дворцами.

Любовница — непременная принадлежность жизни всякого начинающего художника в Париже. Человека, у которого есть любовница, уважают его собратья.

Мне даже кажется, что она малость чокнутая, ну да это неудивительно: Мириам у нас — художник…

Но художник воплощает собственное эмоциональное видение в реальность, поскольку «реальность» — это все обстоятельства всех людей, и он испытывает желание показать, что это для него означает.

Видно, Бог художник, иначе зачем столько цветов.

Любовь к искусству и умение держать в руках кисть ещё не делает человека художником. Нужен внутренний свет.

На современное искусство смотреть тошно. Если подумать, есть люди гораздо талантливее его, вот у меня по-соседству художник работает в крошечной студии, он такие штуки рисует! Я вас познакомлю, он очень милый. А вот здесь все дело в том, как себя продать, все остальное не в счет.

— Я хотел быть художником.
— Художником? Все эти бредовые фантазии, от привилегированной и богатой жизни, которую я тебе обеспечил.
— С какой целью? Ты дал мне образование, открыл мне величайшую красоту, а теперь хочешь, чтобы я провел жизнь, занимаясь деньгами и политикой?
— О, нет-нет, не усмехайся. Благодаря деньгам и политике, стала возможна та красота, которой ты столь восхищаешься.

… Боттичелли страдал плохим рисунком, а у Рубенса часто не соблюдены пропорции. Но в оригинале эти изъяны совершенно не имеют значения. И всё же имитатор никогда не воспроизводит их: он не осмеливается, он слишком старательно всё делает. Имитатор работает с мелочной тщательностью, которую истинный художник в порыве созидательного труда никогда не соблюдает. И вот вам: невозможно воспроизвести то чувство, ту самобытность, которыми обладает оригинал.

Пересказывая случаи из жизни, ты больше похож на фотографа, чем на художника.

Если бы знаменитые художники прошлого жили в наше время, возможно, появились бы шедевры со следующими названиями.

Ван Гог. «Селфи с перевязанным ухом».

Валентин Серов. «Девочка с пирсингом».

Алексей Саврасов. «Дроны прилетели».

Виктор Васнецов. «Три богатыря высматривают покемонов».

Леонардо да Винчи. «Мадонна с младенцем от Гая Ричи».

Казимир Малевич. «Чёрный ящик Якубовича».

Иван Шишкин. «Утро в сосновом лесу после корпоратива».

Ян Вермер. «Девушка с жемчужной серёжкой, на лабутенах и в охренительных штанах».

Сальвадор Дали. «Мягкая конструкция с варёными бобами, или Что я курил на завтрак».

Илья Репин. «Иван Грозный убивает режиссёра Павла Лунгина» и «Российское правительство пишет письмо турецкому президенту».

Изобразительное искусство развивается: художники эпохи Возрождения рисовали женщину обнажённой, современные рисуют её голой.

Для художника-творца нет ничего сложнее, чем нарисовать розу, ведь сперва он должен забыть о всех розах, нарисованных раньше.

Я христианин и католик, но чтобы быть художником, ни того, ни другого не требуется.

Дело художника — наблюдать за происходящим и изучать, изучать, изучать.

Возвышенность замысла показывает нам душу художника.

… предназначение настоящего художника  — вырваться за пределы самого себя и своих возможностей. Тот, кто желает малого и доступного, не преуспеет в жизни.

Живопись для художника — пластическое событие. Это имеет отношение и к фотографии с ее способностью извлекать из потока времени пластические драмы и комедии. Такими «событиями» и занимается композиционная фотография.

У слабоумных, невротиков, преступников, а также, вероятно, художников есть нечто общее — непредсказуемость, извращенная невинность.

Художник, который судит о другом виде искусства, обычно судит по собственному опыту, то есть неверно.

Раскрыть людям себя и скрыть художника – вот к чему стремится искусство.

(Цель искусства – раскрыть красоту и скрыть художника.)

Если у художника нет внутреннего мира, он изображает объективную реальность.

Я считаю, что искусство писателя, как и искусство художника, заключается в умении выбрать: задать нужные рамки, определить самый выгодный для описания момент, уметь сказать многое малым.

Парадокс бытия профессиональным художником. То, как мы тратим всю жизнь, пытаясь хорошо самовыразиться, но сказать нам нечего. Мы хотим, чтобы элемент творчества строился по системе причины и следствия. Хотим результатов. Создать покупаемый товар. Нам нужно, чтобы старание и дисциплина уравнялись с признанием и воздаянием. Мы садимся за тренажер нашего худфака, за дипломный проект на специалиста изящных искусств, и практикуемся, практикуемся, практикуемся. И, со всеми нашими великолепными навыками, — документировать нам нечего. Ничто нас так не бесит, как какой-нибудь дерганый наркоман, ленивый бездельник или поганый извращенец, который вдруг создает шедевр. Будто невзначай.

Когда искусствоведы собираются вместе, они говорят о форме, структуре и смысле.
Когда художники собираются вместе, они говорят о том, где можно купить дешёвый растворитель.

 Для художника нравственная жизнь человека – лишь о

Все неизменяемое для меня становится пределом, а всякий предел — ограничением. Брак есть гражданская, физическая, а в огромном количестве случаев и духовная необходимость. Человечество подчинено необходимости; но всякая необходимость связана с правами. Личность может уклониться от необходимости, если имеет достаточно сил для того, чтобы путем самопожертвования отказаться от прав; в этом — ее свобода. Я могу все, но только не то, что я должен. Это отчасти заложено в моей природе, отчасти в природе художника вообще. Когда талант женится, то это всегда чудо, равно, как если другой человек не женится. Прими за высшее доказательство моего уважения к тебе то, что я раскрываю перед тобой эту темнейшую сторону моего «Я»; страшно и опасно, когда человек спускается к первооснове своего существа; он хорошо сделает, если никогда не будет касаться ее, ибо там, внизу, его стерегут мрак и безумие.

Поэты, художники, те, кого принято расплывчато называть творческими людьми — немного сказочники. Они отличаются от остальных? Несомненно. А может быть, они отличаются именно поэтому? Потому что волшебные миры, порой удивительные, порой пугающие, для них зачастую ближе того, в котором они родились? И еще, и это самое главное, что отличает сказочника от мечтателя: они умеют ими делиться. Им дана возможность приглашать в свои сказки других. А кто из нас никогда, хотя бы в детстве, не хотел в нее попасть?

В своих портретах, как ни бился,
Добиться сходства он не мог.
Его детьми утешил бог, –
И в них он сходства не добился.

Каждый ребёнок — художник. Проблема в том, как остаться художником, став взрослым.

Это ядовито, если угодно; но вы не сможете отрицать, что это совершенно, а совершенство – это и есть то, чего мы, художники, добиваемся.

— Художнику нужна муза…
— Еще раз назовёшь музой, оставлю без ног… Ясно?
— Ясно…

Однажды я подошёл к художнику по дереву, который рисовал арабески. Он так нежно и искусно водил кистью, что я засмотрелся.
— Откуда вы? Где вы научились этому? — спросил я его.
— Здесь и научился. А узоры привёз из моей далёкой страны. Я из города соловьёв, из Кабула.

Мы шли к фонтану — эпицентру местной жизни, и тут какая-то немолодая пара остановилась, бесцеремонно на нас уставилась. Роберт обожал находиться в центре внимания. Он ласково сжал мою руку.
— Скорее, сфотографируй их, — сказала женщина своему озадаченному мужу. — Они наверняка художники.
— Тоже скажешь, «художники», — отмахнулся муж. — Просто дети какие-то…

Нельзя быть художником и не пить кофе. Это просто… неприлично.

Каждый художник делает этот мир своим собственным, и таким образом возвышает его. Тем самым возвышает и нас, расширяя угол обзора.

Свобода — это художник в человеке.

Чем больше ты становишься художником, тем сложнее продать свои работы.

Когда художник расстается с любимой женщиной, любовь начинает новую жизнь в его воображении.

Задача художника – выстроить порядок из хаоса. Собираешь детали, ищешь общую линию, организовываешь. Придаешь смысл бессмысленным фактам. Выкладываешь головоломку из кусочков окружающего мира. Перемешиваешь и реорганизуешь. Комбинируешь. Монтируешь. Свинчиваешь.

Можно быть художником в любом деле, хоть в кулинарии. Главное — насколько хорошо ты это делаешь. Криси виртуозно сеет смерть, и он с минуту на минуту создаст шедевр.

(Человеку присуще быть творцом в чем угодно, зависит только от профессионализма. Искусство Кризи — смерть, и он готовится написать свой шедевр.)

Настоящему художнику предстоит громадный труд — закричать миру громко, во всеуслышание всё то, что скажет о нём история, поставить перед лицом людей зеркало, от которого бы сердце их забило тревогу и заставить каждого сказать, что он увидит свой портрет, и тот только будет истинным историческим художником, кто, оставшись верен своему идеалу и началу всего изящного в природе, покажет расстояние, отделяющее начало от его проявления.

— Вы сказали, что у меня талант…
— Для художника одного таланта мало. Нужно работать денно и нощно, чтобы стать художником… раствориться в искусстве. Знаешь, насколько это одиноко? Но даже в полном уединении сложно создать что-то стоящее!
— Простите, я не…
— Хочешь совета? Получай! Правда в том, что никто не может тебе помочь! Нужно сделать всё самой, как сделал я!

Какое качество роднит художника и снайпера? Дотошность. Цвет выбивается из общей гаммы. Тень неизвестно откуда взялась… А этот объект сюда мог вписать только бездарь. Разница лишь в цели. Моя — живая.

И простой шаг простого мужественного человека: не участвовать во лжи, не поддерживать ложных действий! Пусть это приходит в мир и даже царит в мире — но не через меня. Писателям же и художникам доступно больше: победить ложь!

Настоящий художник не показывает свою работу незавершенной.

Люди, среди которых отныне мне хочется быть, — это художники и те, кто страдал: те, кто познал Прекрасное, и те, кто познал Скорбь, — меня больше никто не интересует.

Всем художникам задают вопрос: Откуда вы берете идеи? Честный художник отвечает так:
Я их краду.

Он приложил руку к преображению своей эпохи, считая себя производителем счастья, ремесленником, но работая как художник…

… цель личной выгоды у художника убивает всякое произведение искусства.

Мнение художников о нас обычно совпадает с нашим мнением об их произведениях.

Мне всегда страшно нравились слова Доре: «У меня терпенье вола». Я вижу в них что то хорошее, определенную убежденность и честность; короче говоря, в этих словах заложен глубокий смысл, они – изречение подлинного художника. Когда думаешь о людях, из чьего сердца выливаются подобные слова, вся болтовня о «природной одаренности», которую так часто слышишь от торговцев картинами, кажется мне мерзким карканьем. «У меня терпенье» – как сдержанно и достойно это звучит! Такого торговцы картинами никогда не скажут, даже если не все, что они говорят, походит на воронье карканье. «Я не художник», – как можно так жестоко отзываться о самом себе? Разве нельзя стать терпеливым, разве нельзя научиться терпению у природы, видя, как медленно созревает пшеница, видя, как все растет? Разве можно считать себя настолько мертвым, чтобы допустить, что ты уже никогда не будешь больше расти? Разве можно умышленно препятствовать собственному развитию? Говорю все это для того, чтобы объяснить, почему разговоры о том, одарен ты или нет, кажутся мне такими глупыми.

Только когда он больше не знает, что делает, художник может сделать что-то хорошее.

Я понял: чтобы стать художником, необходимо счистить кожуру всех милых сердцу эготизмов, благодаря которым самовыражение воспринимается как единственное средство взросления! И, поскольку это невозможно, я назвал сие Всемерной Шуткой!

Настоящему художнику жестокость противопоказана.

 Настоящий художник не меняется со временем. Истинн

Да, ни один художник, теперь я это хорошо понимаю, не может быть удовлетворен, если его произведение воспринимает лишь он один. Помимо всего прочего, существует вполне естественное стремление к признанию, и от этого никуда не денешься.

Нельзя быть художником, если не умеешь видеть.

Художник, я уверен, всегда создаёт своё произведение сознательно. Однако, познакомившись с его произведением, видишь, что его красота и безобразие наполовину порождены таинственным миром, лежащим вне пределов сознания художника. Наполовину? Может быть, лучше сказать — в основном?

Настоящий художник — не то, что все остальные. Он может изменить мир.

Дело художника — восстанавливать связь, расчищать горизонты от той беспорядочной груды ничтожных фактов, которые, как бурелом, загораживают все исторические перспективы.

Передо мною, как перед художником, Война, и я ее бью, сколько у меня есть сил; сильны ли, действительны ли мои удары — это другой вопрос, вопрос моего таланта, но бью с размаху и без пощады.

Будь я художником-абстракционистом, я тоже мог бы изобразить курицу посредством треугольника и нескольких точек, но бульона куриного из этого не сваришь.

Не каждый может стать великим художником, но великий художник может прийти откуда угодно.

Для мысли художника нет ограничения ни временем суток, ни временем года, ни расстоянием.

Кто к жизни относится как художник, тому мозгом служит душа.

Те художники, которые изображая изящных созданий в цвете жизни, стремятся придать изображенному предмету более обаяния и изящества, заимствовав их из собственного свободного воображения, уродуют свое творение, будучи не верны своей модели, а посему они отходят в равной степени от истинной красоты. Наш Брейгель свободен от этого «недостатка».

Если произведение искусства вызывает споры, — значит, в нем есть нечто новое, сложное и значительное.
Пусть критики расходятся во мнениях, — художник остается верен себе.
Можно простить человеку, который делает нечто полезное, если только он этим не восторгается. Тому же, кто создает бесполезное, единственным оправданием служит лишь страстная любовь к своему творению.
Всякое искусство совершенно бесполезно.

Увы, русский художник интересен миру только как *** в плену у ФСБ. От него ждут титанического усилия по свержению режима, шума, вони, звона разбитой посуды, ареста с участием двадцати тяжеловооруженных мусоров и прочей фотогеничной фактуры – но, когда он действительно свободен, идти ему особо некуда. Мировой ***е он уже не нужен. Больше того, он становится для нее опасен – и она делается невероятно далекой и обжигающе-холодной…

Настоящие художники производят продукт.

 Разговоры об искусстве почти бесполезны. Труд худо

Настоящий художник должен быть отличным психологом.

Художник пишет картину, и никто не предъявляет к нему претензий — есть только он и картина. Мне кажется, так должно быть и с режиссерами.

— Вы художник?
— Нет, художник ищет баланс между своим внутренним миром и миром внешним, а я… просто рисую платья для женщин, которые много за них заплатят. Я создаю принцесс.

Нас, художников, здесь ожидает счастливая возможность примириться посредством искусства со всем, что ранило нас и унижало в обычной жизни, и не бежать от судьбы, а заставить её пролиться истинным живым дождём – воображением.

Друг мой, Пигмалион — художник,
Он себе Галатею сделал –
Грудь и бедра с матовой кожей,
Дышат жизнью детали тела.
Он влюбился в творенье это,
Позабыв про возраст и сроки…
У творений вечное лето,
А состарился он одиноким.

Взгляд художника на явления внешней и внутренней жизни отличается от обыкновенного: он более холоден и более страстен.

Полагаю, что художник без техники — младенец в искусстве и, в конце концов, не может даже называться художником. Но и художник без идеи — букет без запаха, фрукт без вкуса. Продолжаю думать, не в укор будь сказано, что чем выше художник образован и развит, тем более интересные произведения проходят через его просвещенное сознание.

Лучшее, что художник может сделать для своей карьеры — умереть.

— Я величайший художник в мире!
— Черт возьми…
— Хорошо сказано.

Желтые капельки — солнечных бликов
Теплые пятнышки, счастья и лета.
Тихая нежность будет разлита
В розовых, как облака на рассвете.
Капли зеленые свежесть вобрали –
Листья и травы на влажной земле.
Капли прозрачные — капли печали,
Слезы дождя на холодном стекле.
Капельки алые — бусинки крови
Я соберу под израненным сердцем;
Капли молочные — те, что покроют
Теплые губы грудного младенца.
Синие капли разбрызгает море
В память о чайках, свободе и ветре.
Черные капельки выплеснет горе:
Капельки страха, капельки смерти.

Творчество некоторых художников основано на принципе ярмарочного калейдоскопа: берут немного осколков цветного стекла и зеркальце и встряхивают всё это, получая случайные иллюзорные комбинации.

Для того, чтобы стать хорошим художником, надо даже спать с альбомом и карандашом.

Когда что-то в тебе говорит: «Ты не художник», тотчас же начинай писать, мой мальчик, — только таким путем ты принудишь к молчанию этот внутренний голос. Тот же, кто, услышав его, бежит к друзьям и жалуется на свое несчастье, теряет часть своего мужества, часть того лучшего, что в нем есть.

Абсолютное здоровье вовсе не лишает возможности быть творцом, художником. Напротив, абсолютное здоровье — это идеал для искусства. Только тогда искусство может быть полноценным.

  — Дитя, — проговорила Елена, поглядев ему вслед.

Я надеюсь, что проживу достаточно долго и мне удастся создать такое творение, чтобы в конце дней своих я мог сказать: «Да, вот к чему творческая жизнь приводит художника».

Странный вы народ, художники! Из кожи вон лезете, чтобы добиться известности, но, как только она приходит, не ставите ее ни в грош.

Привычка — смерть для художника.

— Кто автор?
— Какой-то Пикассо.
— «Какой-то Пикассо»… он ничего не будет стоить, поверь мне.

Порой память художника творит лучше, чем сама реальность.

Сказать художнику о недостатках проще, чем его натурщице.

Бог — такой же художник, как другие художники.

Хреновый, не хреновый, а всё равно художник. Искусство есть искусство!

Ни один художник не должен заботиться о том, чтобы снискать похвалы или хотя бы одобрения своих коллег. Его работы должны прежде всего удовлетворять его самого.

По-моему, самое важное чувство для художника — это не иметь чувства масштаба. Сбрасывание традиционных мер, пространство должно быть инстинктивным, в крови.

— Ну, голландцы микроскоп изобрели, — сказала она. — Они были ювелирами, шлифовальщиками линз. Они хотели, чтобы все было подробнее некуда, потому что даже самые крошечные вещи что-нибудь да значат. Когда видишь мух или насекомых в натюрмортах, увядший лепесток, черную точку на яблоке — это означает, что художник передает тебе тайное послание. Он говорит тебе, что живое длится недолго, что все временно. Смерть при жизни. Поэтому-то их называют natures mortes. За всей красотой и цветением, может, этого и не углядишь поначалу, маленького пятнышка гнили. Но стоит приглядеться — и вот оно.

Я для тебя нарисую картину
Тонкою кисточкой на полотне;
Может, я плохо рисую, прости,
Но рисовать очень хочется мне.
Я не владею изяществом линий,
Мне не смешать краски в правильный тон;
Что если я нарисую картину
Из маленьких капелек разных цветов?

Люди совершают одну из величайших своих ошибок, считая, что художники, в общем и целом, всё выдумывают. Всем известно, что художники замечают вещи, которые обычные люди не замечают. Но также они видят вещи странные и невероятные, которые действительно существуют. Большинство людей думают, что всё это — плоды воображения художников, но на самом деле это не так…

Я лечил его. Он был сложным пациентом. Он видел реальность слишком ясно. Неисправный механизм отрицания, не сумевший заблокировать ужасные истины существования. В конце концов, его неспособность оттолкнуть ужасные факты «бытия в мире» сделала его жизнь бессмысленной, или, как сказал один великий голливудский продюсер: «Слишком много реальности — это не то, чего хотят люди». Сэнди Бейтс страдал депрессией, характерной для многих художников в среднем возрасте. В моей последней статье для «Психоаналитического журнала» я назвал ее «меланхолия Озимандии» [Ozymandias Melancholia].

 — Ты участвовала в профессиональной художественной

Я стал художником, делил
Жизнь безалаберной богемы,
Карандашом я выводил
Узор на заданные темы.

Настоящие художники не обращают внимания на современников. Они выпендриваются перед вечностью.

– Знать, чего хочешь – это половина победы. Многие живут, не зная, что им нужно. Всё гораздо проще, когда знаешь, что ищешь.
– А чего ищешь ты?
– Я всегда хотел быть художником. Возможно, когда-нибудь мои работы будут выставлены.
– А я всегда хотела встретить художника.
– Почему?
– Не знаю. Думаю, это связано с их способностью видеть во всём красоту, потом поймать её и повесить на стену, чтобы все увидели. Это романтично.

Токсичные компоненты масляных красок: «красный Ван Дейка», ферроцианид; «йодистый алый», ртутный йодид; «снежный белый», карбонат свинца; «кобальтовый фиолетовый», мышьяк — все эти прекрасные составляющие и оттенки, которые так ценят художники, но которые смертоносны. Мечта создать шедевр, которая сворачивает мозги, а потом убивает тебя.

Сколько стихов написано как бы вне словаря. И ритм отчетливый, и мысли неглупые, и рифме позавидуешь, а словарь приделан, как штукатурная колонна к кирпичному фасаду. Настоящего же поэта словарь часто сам ведет, и он не смущается, что написал стих, которого и не ожидал. Сердце подсказывает — так хорошо. Но сколько художников полагает — ничего, зритель — дурак, и так пройдет. И проходит. Все проходит. А Суриков не проходит, Врубель не проходит. Сверхъестественно тончайший Леонардо не проходит, сверхъестественно грубейший Ван Гог не проходит. Искренность не проходит. Она навеки.

Мне часто приходит в голову, что искусство в гораздо большей степени скрывает художника, чем раскрывает его…

Все художники мира — безумцы!

Начинающего художника понимают лишь несколько человек. Знаменитого — еще меньше.

Если ты — истинный художник, ты отдаёшь себя творчеству целиком, без остатка. Ни малейших уступков, иначе ты не художник.

В каждом художнике заложен росток дерзновения, без которого немыслим ни один талант.

(Каждый художник обладает смелостью, без которой талант не мыслим.)

— Мой эпиарх, стражник спит. А я… Я знаю, что ты невиновен.
— Знаешь? Откуда?! — Эпиарх резко вскинул голову. Это было так красиво, что рука художника невольно дёрнулась сделать несколько штрихов, но Диамни помнил, зачем пришёл.
— От тебя самого. — Диамни встал на колени рядом с узником и принялся сосредоточенно расправлять шкуры. — Я рисовал все три дня на суде… Я, как и все, верил в твою виновность. Улики были неопровержимы, но мои руки делали своё дело. Сегодня я показал свои рисунки мастеру, и он сказал, что ты невиновен. Я подумал, что ослышался, но учитель приказал мне смотреть на твоё лицо пять минут. Когда мастер перевернул часы, я понял, что он прав. Мой эпиарх, ты не насильник и не палач… Я не знаю, как вышло, что всё указывает на тебя, но это ложь.

Широкая публика познает прелесть, очарование, познает явления природы через шаблонное искусство, медленно, но все же доходящее до ее сердца, — в противоположность оригинальному художнику, который прежде всего отметает шаблоны.

Некоторые художники изображают солнце жёлтым пятном, другие же превращают жёлтое пятно в солнце.

(Некоторые художники изображают солнце в виде желтой точки, но есть и другие, которые заставляют желтую точку выглядеть как солнце.)

Хочется сказать художнику: не лги — выдумывай!

 Труднее всего художнику воспроизвести то, что он л

С моей точки зрения, художник — зеркало действительности, и от себя он добавляет ровно столько, сколько нужно, чтоб сделать её более отчетливой. Он не вправе искажать и подтасовывать её ни для того, чтобы повеселить нас, ни для того, чтоб вызвать наши слёзы, иначе мы потеряем к нему доверие, книга станет для нас пустой, незначащей забавой и самые замечательные цели потеряют смысл.

Великим художник становятся, победив в себе романтика.

Величайшая цель для художника – оставить после себя свою работу, чтобы ею наслаждался весь мир. А если это его работа ещё сбособна изменить мир, то о большем он и мечтать не смеет.

Нравится картина, не надо знакомиться с художником.

Я художник, подумал Дигби Финчли, а художник — это творец. Творить — значит быть богоподобным, и я буду таким. Я буду богом в моем мире и из ничего сотворю все, и все мое будет прекрасным.

Личность художника с отвращением относилась к его творениям, как и они к ней.

Единственная цель художника – запечатлеть собственные переживания. Но с того момента как произведение закончено, оно живет самостоятельной жизнью и высказывает совсем не то, что в него было заложено.

Бог для меня скорее художник, чем судья.

Если душа загружена делами — ты не художник.

Знаете, что самое обидное? Что работы больного или мертвого художника поднимаются в цене… а памятник при жизни ставят только за очень большие деньги. Потому как пока ты жив – ты можешь объяснить свои работы. А творчество не терпит объяснений.

… жизнь, которая не даёт художнику стать художником, — это и есть его биография.

Когда муза покидает художника – он начинает ее ненавидеть. Поэтому никогда не говорите художнику, что все зависит он него. Иначе он прострелит себе голову.

Каждый ребенок — художник. Трудность в том, чтобы остаться художником, выйдя из детского возраста.

— Будь паинькой, скажи, есть ли здесь поблизости красивые девушки?
— Неужели ты испытывал недостаток в них за границей?
— Разумеется, нет. Но я привык, чтобы у меня повсюду… Не забывай, что я художник. Моя душа должна постоянно… должна постоянно… постоянно восторгаться.

 Для меня великий художник обязательно являет собой

Настоящему художнику, чтобы попасть в космос, вовсе не нужно лететь туда на ракете.

Художник — не особая разновидность человека, но каждый человек — особая разновидность художника.

Где дух не водит рукой художника, там нет искусства. Где мысль не работает вместе с рукой, там нет художника.

В тяжелые моменты он будто покрывал раны своей души не бальзамом, а плотным слоем красок, не давая сердцу разбиться.

Прошлой ночью мне приснилось, будто бы я решил, что из моей картины все-таки ничего не выйдет, и выбросил ее. Но кто-то подобрал картину, вставил в прекрасную рамку и повесил на стену. Потом вижу, будто я стою перед своей картиной в полном одиночестве и думаю: «Вот я и стал признанным художником! До чего же это приятно! Уж если мою картину повесили на стену, то она и вправду, наверное, хороша». Но ночь прошла, рассвело, и с первыми лучами солнца я понял, что по-прежнему бездарен.

Меня одолевают совсем другие мысли. Что поделаешь, жизнь художника тяжела, иллюзии и разочарования, думаешь, что ты мастер в своем ремесле, а на самом деле всем управляют эти чертовы кисти, которые ведут себя как им вздумается. Впрочем, ведут себя так не только они…

Бог создал мир из ничего.
Учись, художник, у него, –
И если твой талант крупица,
Соделай с нею чудеса,
Взрасти безмерные леса
И сам, как сказочная птица,
Умчись высоко в небеса,
Где светит вольная зарница,
Где вечный облачный прибой
Бежит по бездне голубой.

Самая лучшая похвала художнику — сказать, что его работы вызывают желание взяться за кисть.

Тот, кто знает только свое ремесло и ничего больше, способен быть лишь очень поверхностным художником.

Все имеют право меняться, даже художники.

Один художник разобрал свою модель на части.

Свободный художник – то есть художник никому не нужный. Потому что те, кто признан и при деле, свободными себя не называют. А ещё легко можно прикрыться излюбленной фразой всех неудачников: «Я в творческом поиске». Ага, то есть я тупо работаю, тупо рисую, тупо прячу то, что рисую, потому что знаю, что рисую тупо.

Художник — феникс, ему нужно сгореть, чтобы вновь воспрянуть.

Художник должен быть голодным,
Поэту надо не давать…


Вместилище эмоций — вот что такое художник.

Мы все как художники. Мы верим в то, что создаём.

Но только настоящему художнику по силам создать такую пустоту, в которой звезда загорится сама собой.

След художника неистребим. В душах людей. В нашей памяти.

Великий художник не ведает правил, он создает их.

Проблема не в художниках, а в публике. Не для кого стало записывать музыку, снимать фильмы. Единственное, в чём наш мир нуждается в художественном смысле — это в хорошей публике. В людях, которые действительно хотят смотреть фильмы, хотят слушать музыку, в тонких, восприимчивых людях. Ты можешь быть настолько хорош, насколько хороша твоя публика. Но где она?

Как бы выразить, как бы вдохнуть в рисунок то, что так полно, так трепетно живет во мне, запечатлеть отражение моей души, как душа моя — отражение предвечного бога!

В один прекрасный день люди поймут, что только художник в состоянии заставить нечто произойти; потому и общество имеет быть основано на нем.

— Она Вам понравилась. Вы рисовали её не раз.
— У неё красивые руки. Видите?
— У Вас, наверно, был роман с ней.
— Нет-нет, только с её руками.

Художник — это человек, который пишет то, что можно продать. А хороший художник — это человек, который продает то, что пишет.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ