Цитаты про репортеров

Мы подготовили для вас подборку лучших, по нашему мнению, цитат про репортеров. Среди поучительных и полезных жизненных высказываний, мы надеемся, вы найдете нужное.
 Знаешь, что я думаю о репортёрах? Это голодные пия

— Можно выйти замуж за гробовщика, игрока, вора, но только не за репортёра. Никогда!
— Поэтому я и уговорила его уйти с этой работы!
— Профессия репортёра неискоренима. Как леопард не в силах сменить окрас, так и лошади пожарного не место в телеге молочника.

Журналистика – это стиль, идеи, проблемы… А репортер передает факты. Главное для репортера – не солгать. В этом состоит пафос его работы. Максимум стиля для репортера – немота. В ней минимальное количество лжи…

Умные люди «Глянец» не читают, они его издают!

На факультете журналистики нас учили, что репортер должен быть как объектив фотокамеры. Вышколенный, объективный и беспристрастный профессионал. Точный, надежный и наблюдательный. Нас учили, что то, что ты пишешь — это всегда отдельно от тебя. Убийцы и репортеры взаимно исключают друг друга. О чем бы ты ни писал, ты пишешь не о себе.

— Теперь-то что еще?!
— … и, как бы печально не выглядели эти билборды, в свете смерти шефа Уиллоби всех интересует, закончена ли на этом печальная сага о трех билбордах на границе Эббинга, штат Мисс…
— Ничего не закончено, тупая стерва, все только начинается! Так и передай всем в передаче «Доброе утро, сраный Миссури»!

— Скажи ей правду.
— Я репортер. Я всегда говорю только правду.

Что меня больше всего привлекает в профессии репортера – возможность спрятаться за своим блокнотом. Превратить любую беду в работу.

Странная штука — репортёр! Каждый день, встав с постели, бросается он в тухлую гладь жизни, выхватывает из неё всё необычное, всё уродливое, всё кричащее, всё, что так или иначе нарушило комфортабельную жизнь окружающих, выхватывает, тащит с собою в газету — и потом эта самая газета — это собрание всех чудес и необычайностей дня, со всеми войнами, пожарами, убийствами делается необходимой принадлежностью комфорта нашего обывателя — как приручённый волк в железной клетке, как бурное море, оцепленное изящными сваями.

…Успех выставки определяет не качество картин, не толпа посетителей, не помпезность зала, а рецензии в вечерних и особенно утренних газетах. Что репортеры отпишут, с тем публика и согласится. Свое мнение иметь тяжело и хлопотно, а вот пристроиться к чужому — очень приятно.

Запретить нахрен все репортажи негативного содержания, чтобы народ в зависимости от возраста боялся либо инфаркта, либо шо? Бабайки!

Репортеры, собравшиеся на пресс-конференцию в офисе «Джон Галт инкорпорейтэд», были молодыми людьми, которых учили думать, что их работа заключается в том, чтобы скрывать от мира природу происходящих в нем событий. Их повседневной обязанностью было выступать слушателями какого-нибудь общественного деятеля, который тщательно подобранными фразами, лишенными всякого смысла, разглагольствовал о благосостоянии общества. Их повседневная работа заключалась в том, чтобы собрать эти слова в любых приемлемых сочетаниях, но так, чтобы они не выстраивались в последовательную цепочку, выражающую что-то определенное. Они не могли понять того, что сейчас говорила Дэгни.

Я сидела в эфире на корточках — из-за страха выпрямиться в полный рост, а вот оператор, ребята с флайки, звуковик именно стояли в полный рост посреди пуль и людей, убегающих от этих пуль. Помню, я тогда случайно «Ой, мама!» в прямом эфире сказала, когда что-то совсем рядом просвистело.

Хорошие репортёры все одинаковы. Сюжет для них — это наркотик.

Разве репортёры не должны говорить правду? Новости, рассказанные репортёром, который не умеет врать, будут с доверием восприниматься зрителями. Я в этом уверена.

На факультете журналистики нас учили, что репортеру не надо оценивать факты. Не надо утаивать информацию. Его работа — собирать факты и информацию. То, что есть, — ни больше, ни меньше. Его работа — оставаться беспристрастным наблюдателем.

Репортёры не верят ничему. Это их символ веры.

Не люблю репортёров. Для них всегда хорошо то, что для других плохо.

— Они же нелюди!
— Конечно, они же журналисты!

Я рос под объективами камер, я знаю, как это болезненно. Когда мне было 13 лет, репортер поймал меня на перемене в интернате. Он спросил меня, что я чувствую в связи со смертью мамы. Совал в лицо микрофон на глазах у одноклассников, которых я ненавидел. Так я узнал о смерти мамы.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ