Цитаты про шпионаж

Мы подготовили для вас подборку лучших, по нашему мнению, цитат про шпионаж. Среди поучительных и полезных жизненных высказываний, мы надеемся, вы найдете нужное.
 Космонавта из тебя не вышло, лунатика из тебя не в

Я видел ее через неделю на следствии: абсолютно осмысленный, холодный взгляд, поджатые губы, гордая осанка, во всем облике — презрение и ненависть. Она категорически отказалась отвечать на вопросы, молчала до самого конца, однако, уличенная показаниями радиста и вещественными доказательствами, была осуждена и расстреляна.
Женщина, помешавшаяся после гибели на фронте двух сыновей, — это была отличная оригинальная маска с использованием и эксплуатацией великого, присущего всем нормальным людям чувства — любви к матери. «Ивашева» действовала на узловых станциях в наших оперативных тылах ровно четыре недели. Страшно даже подумать, сколькими жизнями заплатила армия за этот месяц ее шпионской деятельности…

— Я освобождаю тебя от операции «бедлам», 007.
— Но, сэр, мне нужно найти Блофельда.
— На это у тебя было два года.
— То есть, вы мне больше не доверяете?
— Я знаю о твоих талантах. Но лицензия на убийство без цели бесполезна. Я найду тебе другое применение.
— Сэр…
— Довольно.

Наш разведчик в их тылу — это доблестный патриот. Их разведчик в нашем тылу — это гнусный шпион.

— Похоже, у нас одинаковые пристрастия. По крайней мере, три.
— Я насчитала два: быстрая езда и баккара.
— Играем. Банк. Семь. Мадам выигрывает.
— Надеюсь, что в третьем, вы талантливы по-настоящему.
— Принимаю вызов.
— По одной. По две. Следите. Карта. Мадам остаётся с пятёркой. Шесть. Мадам проигрывает.
— Черт! Наслаждайтесь моментом.
— Под этим девизом я и живу.

Блэр. Вижу, ты в берете. За кем шпионишь сегодня?

Дорогое ЦРУ! То, что вы тут понаписали, полный незачёт. Тема не раскрыта, источники не названы, разведданные устаревшие и/или неверные, реферат оформлен ученически. У нас в разведшколе вас бы розгами высекли за такую халтуру. А это, между прочим, больно.

— Знаешь, чем занимаются мертвые большую часть времени? Они наблюдают за живыми. Особенно, когда те принимают душ.
— Класс, скорей бы сдохнуть!

— Вы секретной службе не доверяете?
— Разумеется, нет! Они шпионят за всеми за деньги.

Изучая прошлой ночью историю Службы государственной безопасности, Микаэль уяснил, что в основе любой шпионской деятельности лежит дезинформация.

В первые дни войны на нашу территорию забрасывались немцы, переодетые в форму работников милиции, советских военных, железнодорожников. Многих из них ловили. Рассказывали, произошел и такой случай. Немец, переодетый в советскую военную форму, шел по Сестрорецку. На него неожиданно из-за угла вышел советский генерал. Немец растерялся и вместо того, чтобы отдать приветствие под козырек, выкинул руку вперед, как это делали фашисты. Его тут же схватили.

— Я не могу поверить, что кто-то наблюдал за мной.
— Мисс Капуччио, когда вы говорите, что ваша собака всегда с вами…
— О, Боже. Он мог видеть меня в душе. Он мог видеть меня и Реджи в постели. Он мог видеть меня без косметики!

Даже если вы не делаете ничего плохого, вы оказываетесь под наблюдением и вас записывают. Это позволяет добраться до точки, где вы и не должны сделать ничего плохого, вы просто в конечном итоге попадаете под подозрение от кого-то, даже по ложному обвинению, а затем они могут использовать эту систему, чтобы вернуться назад во времени и тщательно изучить любое решение, которое вы когда-либо делали, каждого друга, с которым вы когда-то что-то обсуждали, и обвинить вас в этом или просто взять под подозрением вашу невинную жизнь.

— Что ты читаешь?
— Личное дело Уилсона, онколога. Знаешь такого?
— Вообще-то, в некоторых культурах считается грубым шпионить за своим другом. Конечно, в переводе со шведского слово «друг» также может означать «хромой хам».

Продавать важную информацию о государстве иностранным шпионам — вы считаете, что делаете это во благо Родины?!

— Что случилось? Я в отпуске.
— Уже нет. Послание из Лондона.
— Я знал, что «М» не закажет мне лучший отель просто так.
— Мы следили за ним. Орик Голдфингер.
— Похоже на французский лак для ногтей.
— Несмотря на это, он англичанин. Владеет компаниями, известными во всем мире.

Между врожденной страстью — завистью и развившимся в обществе особым ремеслом — шпионством есть глубокое сходство. Шпион, как собака, выслеживает добычу для других; завистник, как кошка, выслеживает ее для себя.

— Доброе утро, 007.
— Доброе… доброе утро. Бессонница, сэр?
— Инструкции. У вас немного времени. Я объясню, пока вы собираетесь.
— Собираться, сэр?
— Три наших агента были убиты за последние 24 часа. Доуз в Нью-Йорке, Хэмилтон в Новом Орлеане, и Бэйнс на Карибах.
— Бэйнс. Мне нравился Бэйнс. У нас с ним был один сапожник. Кофе, сэр? Я так понял, эти убийства связаны?
— Именно это вам предстоит узнать. Бэйнс работал на островке в Карибском бассейне, под названием Сан-Моник. Доуз был в Нью-Йорке, следил за его премьер-министром, неким доктором Кананга. Хэмилтон был командирован к американцам в Новый Орлеан.

Какой смысл шифровать донесения, если умный противник не сможет разгадать твой шрифт? В итоге ты сам не будешь знать, что твой противник думает о том, что ты думаешь, что он думает.

… Но бывших шпионов не бывает — они просто уходят в тень.

— Приятно видеть, как великий Джеймс Бонд осознает, каким образом его одурачили. Мы соратники, мистер Бонд. Мы выпытали ваш код у одного из агентов в Токио до того, как он умер. Я постоянно следил за вами. Я вас даже охранял. Спас вам жизнь в цыганском таборе.
— Вот как? Я очень признателен.
— Мы сохраняли вам жизнь, до тех пор пока вы не раздобудете нам «Лектор».

— Что за встреча. Вы с ней осторожней. Если не получит того, что хочет, она не ляжет с вами в постель. А досадно, ведь она восхитительна, когда укладываешь ее на спину
— А мне, к сожалению, похвалить нечего.
— Простите, мистер Грин, нам пора.
— Друзья зовут меня Доминик.
— Пусть зовут.
— Много ли ты знаешь о мистере Бонде, Камилла? Он ведь довольно тяжелый случай. В его Ми-6 жалуются, что он неуправляем. Это в смысле, все, к чему он ни прикоснется, увядает и умирает.
— Идем.
— Боюсь, неважные у тебя перспективы. Впрочем, вместе вы — очаровательная пара. Оба, как это говорится? Порченый товар.

Шпионы подобны букве ъ. Они нужны в некоторых только случаях, но и тут можно без них обойтись, а они привыкли всюду соваться.

— Вы всегда берете оружие на свидание?
— Время от времени. Защита от несчастных случаев.

Я знаю российские системы безопасности. Нельзя просто так войти и попросить ключи к бомбе. Нужны коды доступа. У них там был свой человек. И один человек, думаю, знает, кто это.

«Штирлиц, вы признаете, что являетесь русским шпионом?» — «Ни в жисть! Я просто развлекаюсь!»

У каждого из нас в кармане лежит датчик, который показывает, где мы находимся, в любое время и всюду. Подумайте о своей личной жизни. Дети, рождающиеся сегодня, могут вырасти и даже не знать о том, что такое частная жизнь. Они никогда не поймут, что значит иметь что-то, что не записано или не отслежено.

Добровольный-то шпион и есть самый опасный.

Шпионы — вымирающая профессия. За них теперь все делают газеты.

— Поверьте, сэр, он справится. Я уверен на триста процентов.
— Дойл, мы не можем так рисковать. Его раскроют ещё на границе, лучше продолжайте искать для вербовки настоящего русского.
— Какая вербовка русских? Понятно же, что это не работает. Сначала они выбивают из нас деньги, а потом мучаются совестью и сдаются ФСБ.

— Итак — новость. При осмотре часов Дорита, я заметил, что батарейный отсек закрыт неплотно. Вскрыл, а там-жучок!
— И что такого особенного в этом насекомом?
— Этот жучок не насекомое. Это… жучок… жучок! Кто-то шпионил за нашим шпионом, который шпионил за другим шпионом!

– Я вошла, джентльмены, только для того, чтобы поздороваться, и поднялась невзначай по лестнице в заднюю комнату. Джентльмены, в передней комнате слышались голоса, и… – И, кажется, вы стали прислушиваться, миссис Клаппинс? – спросил королевский юрисконсульт Базфаз – Прошу прощения, сэр! – с величественным видом возразила миссис Клаппинс. – Я бы не позволила себе такого поступка. Голоса были очень громкие, сэр, и они сами проникали мне в уши.

Нет такого дела, в котором не пригодился бы шпион.

Едет человек. Он путешествует быстро. У него есть цель. Он прибывает из-за моря. Он путешествует вместе с другими. Это противник. Он несёт насилие и разрушение.

От тебя ж — один бедлам,
Стыд царю, конфуз послам!
Я давно антиресуюсь,
Ты не засланная к нам?..

Не шпионь и не вреди,
А осмелишься — гляди:
Разговор у нас с тобою
Будет крупный впереди!..

Как известно, шпионаж, так же, как и проституция — одна из важнейших профессий в мире. Никто это не закрывал и закрыть пока не в состоянии.

Иногда заданием одного шпиона было устранение другого. Но он стал заданием, которое навсегда изменило её жизнь. Когда пришло время выполнить миссию, она не смогла это сделать. Он был не таким, каким она себе его представляла: кроме ума и обаяния в нем было потрясающее благородство. И она поняла, что годы, затраченные на умение управлять эмоциями, ушли впустую.
Они стали встречаться. Несколько раз поужинали в строгой тайне, они ведь работали на разные разведки и не могли допустить, чтобы их видели вместе. Они встречались в самых разных странах, куда их забрасывали по заданиям. Влюбились друг в друга. И решили, что вместе могут отважиться на самую опасную миссию в мире: они решили пожениться.

— Если у меня нет компьютера, то что мне делать?
— Тогда позвони по номеру 1-800-318-25-96.
— Ну, я не хочу доставать свой телефон, не хочу, чтобы вы читали мои сообщения. Ну, вы поняли.

— Мы с Джеймсом делились всем. Абсолютно всем. Победителю достаётся всё. Тебе понравится то место, куда мы едем. Ты сможешь даже научиться любить меня.
— Свинья!

— Итак, господин Бонд, что привело вас в мои края? А? Всё ещё работаете на «МИ-6» или присоединились к двадцать первому веку? Я слыхал, что новый агент «М» — женщина.
— Я хочу, чтобы ты оказал мне услугу.
— Он хочет, чтобы я оказал ему услугу! Моё колено болит каждый день. В два раза сильнее, когда день холодный. Ты хоть знаешь, сколько длится зима в этой стране? Скажи ему Дмитрий. — Всё зависит от… — Молчать!
— Ты бывший агент КГБ. Ты меня удивляешь. Моё мастерство заключалось не в том, чтобы попасть в колено, а в том, чтобы не задеть остальное.

Лектер сам психиатр, пишет статьи для журналов, но никогда не касается проблем собственных аномалий. Он притворяется, будто отвечает на некоторые вопросы главного врача Чилтона, пока тот измеряет ему давление, рассматривает картинки, а потом сам публикует то, что выведал от Чилтона, и тем самым ставит его в дурацкое положение.

— Сколько нефти пообещали американцы?
— Дело не в нефти.
— Это хорошо. Ее и нет.
— Дело в доверии. Вы говорили, вами движет не месть.
— Мною движет только долг.
— Нет. По-моему, вы так ослеплены неуемной жаждой мести, что вам уже все равно, кто умрет. Когда не видишь, кто друг, кто враг — пора уйти. Вот ей расскажите про то, что нефти нет. У нее в легких — полно.
— Это Грин.
— Несомненно. Но почему?
— Я допустил оплошность.
— В смысле, ее за что, Бонд?! Она должна была всего лишь отослать вас домой. Она работала в офисе. Вот она, сила вашего обаяния, Джеймс. Они на все готовы, верно? Сколько женских трупов? Вы отстранены, вас ожидает служебное расследование. Сдайте оружие этим людям и следуйте с ними.

Сегодня идёт разговор о том, насколько мы можем доверять технологии, которая окружает нас, и правительству, которое регулирует её использование. Вместе мы можем найти лучший баланс, положить конец массовой слежке и напомнить правительству о том, что если оно действительно хочет знать, что мы чувствуем — всегда дешевле спросить, чем шпионить.

Предателем человек может стать по слабости или от безвыходности. Шпионы выбирают свою профессию добровольно.

Хорошо воспитанный человек смотрит в замочную скважину безразличным взглядом.

  — Я сэр Хилари Брей.
— Нет, нет, мистер Бонд. Ба

Я был шпионом практически всю свою взрослую жизнь, так что и сейчас не хочу быть в центре внимания. Известность для меня — это самый изощренный вид проклятия.

— Ты знаешь, куда едешь, чувак?
— Думаю, в центр города.
— В центр?
— Мы едем в Гарлем, чувак.
— Просто держись на хвосте вон того ящика, и получишь ещё 20 долларов.
— Чувак, за 20 баксов я бы тебя отвёз в логово Ку-Клукс-Клана.

— Подумать только, ведь вы совсем не похожи на разведчика…
— А сколько бы я проработал, будь я «похож»?

Я шпионил ради вас, лгал ради вас, подвергал себя смертельной опасности ради вас. И думал, что делаю все это для того, чтобы сохранить жизнь сыну Лили. А теперь вы говорите мне, что растили его как свинью для убоя…

… Друзья не шпионят, истинная дружба означает и умение не вторгаться во внутреннюю жизнь друга…

Году в семьдесят пятом. Америкосы купили в какой-то африканской стране наш новейший зенитно-ракетный комплекс ( 125 С) и техническое описание к нему. Решили посмотреть, как все устроено… Привезли комплекс к себе на базу в штат Джорджия, одну ракету разобрали, детальки разложили – а собрать обратно не могут! Каждый раз три-четыре каких-то болта лишними оказываются! И так пробовали, и сяк. Ну не идет, хоть ты тресни! Ладно, разобрали вторую ракету… Та же история. Только теперь не болты лишними оказываются, а пара гаек, кусок алюминия размером с ладонь и обрывок медной проволоки. Бились-бились с этими ракетами, но так и не дотумкали… Напоследок приняли историческое решение ничего не разбирать, а запустить последнюю оставшуюся ракету по самолету-мишени. Проверить, так сказать, в действии… Согнали на полигон специалистов, позвали генералов из Объединенного Комитета начальников штабов НАТО, выпустили самолет и нажали «пуск». Что тут началось! Первая ступень выгорела еще до того, как ракета сошла с направляющих. Весь комплекс и два десятка инженеров-америкосов – в пепел! Дальше – больше! Ракета наконец срывается с фермы и прямиком идет к бункеру, где засели генералы. В бункере – паника! Но на полпути снаряд внезапно изменяет траекторию, свечкой летит в небо и бьет точно по фюзеляжу самолета радиолокационной разведки, барражировавшего в паре миль от мишени… «Авакс» – в землю, обломки корпуса ракеты – на головы аэродромным рабочим. Еще три трупа и человек пятнадцать раненых. При этом боеголовка почему-то не взрывается, пролетает по пологой дуге, задевает транспортный вертолет, сбивает его и втыкается в центр кукурузного поля. У америкосов – шок! На поле отправляется команда саперов, дабы доставить остатки снаряда обратно на базу. Полчаса ждут, час – саперы не возвращаются. К ним отправляются проверяющие… На месте падения боеголовки – огромная воронка и куски тел саперов. Сработала-таки боеголовочка! Финита… Говорят, что остатки комплекса и разобранные ракеты америкосы после этого забетонировали в старой шахте. Во избежание повторения инцидента.

— Не надо удивляться, я же сказал еще увидимся. Вас интересует, как я узнал, как долго следил за вами, все детали и у вас есть на это право. Может, как-нибудь поужинаем и поболтаем, но увы, у нас мало времени. Всего пять минут, чтобы договориться, прежде, чем ваши друзья начнут спрашивать, где вы. Давайте я все обрисую.
— Я осознаю ситуацию.
— Но я все же проговорю это для ясности. Сейчас я могу взять вас за убийство Олега Филенкова, клерков Лемерис, попытку убийства Фредерика Вюртенберга, не говоря уже об истории со шпионажем. Я могу засадить вас в тюрьму во Франции, а могу позвонить и вас доставят в одну из наших секретных тюрем в Чешской Республике, где доблестные мужчины из разведсообщества США, будут нарушать ваши гражданские права, пока им не надоест. Вот так все обстоит. Вариант первый: мы вас шлепнем, что решит нашу проблему, но не вашу. И мы уже не поужинаем. Вариант второй: вы работаете на нас. И ужин по желанию.

— Ты следишь за мной?
— Нет, я просто ночью сижу в машине напротив твоего дома.

— Видно лицо того человека!
— Крыленко! Так он вернулся. Еще один болгарин, работающий у них убийцей. Он-то и мог подложить ту бомбу. У меня уже возникали с ним трения. Но его не было в Стамбуле целый год. Посмотрите, вам следует его запомнить. Этот человек убивает ради удовольствия.

— Кто знает, что первым делом должен сделать разведчик, посланный в осаждаемый город?
— Пробраться в город?
— Неверно! Разведчик, посланный во вражеский осаждаемый город, первым делом должен НЕЗАМЕТНО пробраться в город!..

Уважающий себя шпион меньше, чем на три разведки, не работает.

Мы оба из приюта, Джеймс. Твои родители имели роскошь погибнуть при восхождении на гору, мои же пережили предательство англичан и сталинские лагеря. Но ни мой отец, ни моя мать не могли позволить жить с клеймом этого позора. «МИ-6» решили, что я этого не помню. Жизнь полна иронии. Сын пошёл работать на правительство, чьё предательство вынудило его отца убить себя и свою жену. И так родился Янус, двуликий римский Бог. Это не Бог одарил меня таким лицом. Это был ты, когда переставил таймеры с шести на три минуты.

— Это золото, мистер Бонд. Всю жизнь я обожал его цвет, блеск и божественную тяжесть. Я рад любому делу, которое увеличит мое состояние, которое итак значительно.
— Вы добились своего, Голдфингер. Спасибо за представление.
— Осторожнее с остротами, мистер Бонд. Они могут стать последними. Цель наших прошлых двух встреч теперь мне ясна. Не хочу отвлекаться на другие. Спокойной ночи, мистер Бонд.
— Вы хотите, чтобы я заговорил?
— Нет, мистер Бонд. Чтобы вы умерли. Вы не можете рассказать мне чего-либо, что я еще не знаю.
— Вы забыли об одном. Если я не справлюсь, меня заменит — 008.
— Верю, что ему повезет больше.
— Он знает то же, что и я.
— Вы ничего не знаете, мистер Бонд.
— А как же операция «Большой шлем»?
— Какие-то два слова… … не представляют значения для вас и вашей организации.
— Упустите такой шанс?
— Вы правы, мистер Бонд. Пригодитесь мне живым.

— А, мой друг, входите, входите. Рад видеть, добро пожаловать в Стамбул.
— Спасибо, что послали за мной машину, хотя для вас это вышло обременительно.
— Вы теперь на Балканах, мистер Бонд. Здесь с русскими ведут себя по-иному. Что касается рутины, мы не скрываем друг от друга ничего.
— Я понял это по вашему шоферу. Между прочим, весьма умный парень.
— Еще бы. Он ведь мой сын. Кофе?
— Не очень крепкий, с сахаром.
— Два кофе с сахаром. Это тоже мой сын. Все мои основные работники — сыновья. Кровь — лучшая защита в таком деле.

— Получили снимки?
— Вы знаете, какова связь между этими людьми?
— Я слышу напряжение в голосе.
— Вы должны вернуться на доклад.
— Нет времени.
— Бонд, вы убили человека в Брегенце.
— Я пытался этого избежать.
— Застрелили и сбросили с крыши. Это называется «пытался избежать»? К тому же учитывая, что он был агентом специальной службы.
— Ну, и кого он охранял?
— Вы плохо расслышали, кто вами убит? Вы должны вернуться.
— Сразу как найду того, кто пытался убить вас. Спокойной ночи.

— Спасибо, Паша! С меня коньяк!
— Ты, Женька, это… лучше хотя бы одного пилота живым возьми. Если, конечно, тебе они встретятся. Ну, случайно, понимаешь?
— Э-э-э… Паша, понимаешь какое дело… их звери дикие слопали. Обоих.
— Звери, говоришь. Ладно, тогда — коньяк.

— О, а ты смотрела вчера по телику «Величайшие преступники»?
— Нет, я подглядывала за сестрой с ее парнем.
— Глупая, пропустила такое шоу!
— А вот и нет.

— Думаешь, Фьюри что-то скрывает от нас?
— Фьюри — шпион, Капитан. Шпион с большой буквы. У его секретов есть секреты.

(— Думаешь, Фьюри что-то скрывает?
— Он шпион, капитан, он истинный шпион. Секрет внутри секрета!)

— От шпиона до преступника… Интересный путь.
— На самом деле, это одно и то же. Работа с информаторами, переговоры, подкупы… Иногда заказные убийства. Старые трюки.
— Да… Но когда-то ты делал все это во имя идеи. А сейчас?
— А сейчас я решил, что хватит служить идеологии. Пора работать на себя. И пока что у меня неплохо получается.

Они уверены, что я тоже шпион. Все они, от неуменья вести дело, ужасно любят обвинять в шпионстве.

— Ты взломал сайт Министерства Юстиции США! А что, если они тебя отследят?
— Тогда начальник назовёт меня гением и отправит в Москву. А ещё даст мне миллион в твёрдой валюте. Хотя, скорее всего, нет. Да, эти американцы тупы, как пробки. Им никогда не обнаружить меня.
— Обнаружено незаконное проникновение
— Так, как ты сказал? «Тупы, как пробки».
— Бориса Грищенко никому не одолеть!
— Я сбил их со следа.
— Ладно тебе, Борис. Просто отключись.
— Да не волнуйся, я сбил их.
— Ну, хорошо. И какой же пароль?
— Я не собираюсь открывать его тебе.
— Хорошо. Давай угадаю. Это не передо мной?
— Ты сидишь на этом, но не можешь взять это с собой. Моя программа отслеживает телефонную линию тех, кто пытается меня отследить, а потом создаёт помеху в их модеме. Так что они не могут отключиться. Охотник сам становится дичью. Штаб-квартира ФБР Компьютерное подразделение Попытайте счастья в другой раз. Бам! Ушло! Я непобедим!

Вы писали, что я, впав в неистовый грех,
Жен двоих удушил, ну а с третьей не венчан.
Так найдите ж занятье достойнее тех,
Чем шпионить за мной и считать моих женщин.

— Доброе утро, мистер Бонд. Садитесь. Я министр обороны, Дмитрий Мишкин. Итак, по какой статье нам вас осудить, мистер Бонд?
— И даже не побеседуем? И не поболтаем? Никто не хочет тратить время на серьёзный настоящий допрос. А это очень плохо.
— Ваше чувство юмора меня не трогает. Где «Золотой глаз»?
— А я думал, он у вас.
— У меня английский шпион, программист с «Северной», и вертолёт.
— Так ваш предатель все и представил.
— Кто стоит за нападением на «Северную»?
— У кого был код доступа?
— Наказание за терроризм всё ещё смерть!
— А за измену?
— Остановитесь! Вы оба! Остановитесь! Вы, как мальчишки со своими игрушками. Это был Урумов. Генерал Урумов запустил оружие. Я сама видела это.
— Вы уверены, что это был Урумов?
— Да. Он всех убил и похитил «Золотой глаз».
— Но для чего ему это делать?
— Есть ещё один спутник.
— И ещё один «Золотой глаз». Благодарю вас, гражданка Семенова. Так что вы там говорили про утерянный способ допросов, мистер Бонд?

— Что ещё известно о синдикате Януса?
— Торговцы оружием из Санкт-Петербурга. Поставляли оружие Ираку во время войны в Персидском заливе. Описания главы синдиката расплывчаты. Фотографий нет. Эта женщина, Онатопп, наша единственная установленная связь с ним.

Killed in the cleanly game of war— that is no place for a spy!

— Нам надо проследить за Де Лука незаметно!
— Поступим так: я сменю внешность, как в «Без лица». И они меня не узнают!
— Нет, такой операции нет!
— Нет, есть! Я слышал, как Крис с Райтом трепались в сортире.
— Я уверена, что они тебя разыграли.

Хочешь остаться незамеченным — будь на виду!

— И вы это можете для меня сделать?
— Поглядите, что мы с этой страной сделали. Гаитяне выбирают священника, тот повышает минимальную зарплату с тридцати восьми центов до одного доллара в день. Это немного. Но все, же ощутимо для корпораций, которые производили здесь футболки и кроссовки. Они обратились к нам, и мы добились перемен.
— Ну, есть небольшая разница: моя страна не плевок посреди Карибского моря.
— Но мы уже начали дестабилизировать правительство. Вам будет обеспечена безопасность. Нужным людям мы заплатим. И у нас уже двадцать шесть государств, готовых сразу же признать ваше новое боливийское правительство. Хотите вернуть власть? Моя организация вернет ее вам за неделю.

Go where his pickets hide —
Unmask the shape they take,
Whether a gnat from the waterside,
Or a stinging fly in the brake,
Or filth of the crowded street,
Or a sick rat limping by,
Or a smear of spittle dried in the heat —
That is the work of a spy!

 Один мудрец сказал: «Нет такого дела, в котором не

— Совсем чуть-чуть и Голдфингеру достался бы джек-пот.
— Вы поймали его?
— Еще нет, но он не мог далеко уйти.
— А Пусси?
— Она помогла поменять газ в баллонах. Кстати, почему она позвонила в Вашингтон?
— Наверно, я разбудил ее материнский инстинкт.
— Джеймс, поторопись подняться на борт. Нельзя заставлять президента ждать. Спецсамолет, обед в Белом Доме.
— Чему я обязан такой честью?
— Президент хочет лично тебя поблагодарить.

Николя и сам был мастером переодеваний и маскировки, а посему не выпускал из виду никого, даже страждущих старушек — самые невинные на вид могут оказаться шпионами.

Пикет обойди кругом,
Чей облик он принял, открой,
Стал ли он комаром,
Иль на реке мошкарой,
Сором, что всюду лежит,
Крысой бегущей вон,
Плевком, среди уличных плит –
Вот твоё дело, шпион!

Перестань подслушивать мои разговоры! Ты что, АНБ?

У ночи тысячи глаз.

— Я хочу, чтобы ты вывел меня на Януса.
— Что же он такое натворил?
— Украл вертолёт.
— У меня их шесть.
— Три. И ни один не летает.
— А кто считает-то?

Шпионы и осведомители редко пользуются любовью, милорд. Я всего лишь верный слуга государства.

Содержимое чужих писем гораздо ценнее содержимого чужих кошельков.

Это не вендетта, 007. Это задание. Если не можешь сохранять хладнокровие, тебя заменит 008. Ты почти выдал себя. Тебе следовало следить за Голдфингером, а не заниматься его девушкой. Теперь Голдфингер в Европе и только, благодаря Лайтеру… И моим связям в полиции Майами, ты не находишься под стражей.

— «М» слушает.
— Это Лайтер. Мы поймали сигнал агента — 007. Он только что приземлился в Балтиморе.
— Балтимор. Хорошо, что дал о себе знать. А я слышал, что он в Швейцарии.
— Он прибыл на частном самолете из Женевы, принадлежащем нашему другу Голдфингеру.
— Рад, что он делает успехи. Следите за ним. Его самолет должен потом прибыть в Кентукки. Только не вмешивайтесь, чтобы ничего не испортить. Сейчас у него все хорошо.

Я годами говорю, что наше специальное оборудование устарело. А теперькомпании представляют новый подход — миниатюризацию. Вот, например, радиоактивная пыль. Если поместить ее в карман человека, можно точно определить его местонахождение.

Барак Обама, опираясь на так называемый Акт о шпионаже, подверг преследованиям больше разоблачителей, чем все вместе взятые президенты до него.

В честной игре войны — место шпиона не тут.

— Ну, почему ты не можешь быть паинькой и просто умереть?
— Ты первый.
— А ты — вторая.
— Встать!
— Анализ ситуации: безнадёжна. У тебя нет ни поддержки, ни пути отступления. И все козыри тут у меня.
— Где она?
— О, да! Твоя главная слабость. Урумов, приведи её. Прелестная девушка. Сладкая, как клубничка.
— Понятия об этом не имею.
— А я уже имел. Вернёмся к тому, с чего начали, Джеймс. Твой друг или задание? Брось пистолет и сохранишь ее жизнь.
— Урумов, что этот казак тебе обещал? Ты ведь знал об этом, не так ли? Он Ленский казак.
— Это всё в прошлом.
— Он предаст тебя! Как и любого другого.
— Это правда?
— Правда, то, что через 48 часов у нас с тобой денег будет больше, чем у господа Бога. А по мистеру Бонду проведут скромную заупокойную службу. На которую придут лишь Манипенни и несколько скорбящих владельцев ресторанов.

Итак, бывший шпион, живущий в Англии гуляет со своей дочерью. Они зашли в паб, зашли в пиццерию, а потом их нашли отравленными. И все, такие, мол, это русские их отравили! Но откуда вы узнали, может, они просто британской пиццы поели?

И все же я знал, что основания для тревоги есть, и не мог отделаться от ощущения, что за мною следят. Стоит такому ощущению появиться, и оно не оставляет человека в покое; невозможно сосчитать, скольких ни в чем не повинных людей я подозревал в том, что они наблюдают за мной.

Чекист насаждает шпиономанию у нас в стране. Он всех своих оппонентов обзывает агентами, шпионами.

Книга «Как стать шпионом». Автор… неизвестен.

США — это разведывательная супердержава. Не просто супердержава, а именно разведывательная супердержава. Расходы этой страны на разведку составляют 60% того, что весь мир тратит на спецслужбы. У США есть глобальная система перехвата коммуникаций. Они следят за всеми, в том числе и за своими же союзниками. И используют эту информацию в своих политических, геополитических и экономических целях. Это очень напоминает классический образ Бога, который видит тебя всегда и везде, где бы ты ни был и что бы ни делал, он знает о тебе все.

— Вызываю 007.
— Таннер.
— Узнайте про Слейта.
— Что про Слейта?
— Скажи: Слейт — это дохлый номер.
— Слейт — дохлый номер. Соединение прервано.
— Черт, он убил его!

Я вам не нравлюсь, Бонд. И вам не нравятся мои методы. Вы считаете меня бухгалтером. И я больше доверяю числам, чем вашим инстинктам.

Вообще говоря, шпионаж дает возможность каждому шпиону сходить с ума самым притягательным для него способом.

— Чиколини, мне нужен подробный отчёт!
— Ладно. В понедельник мы следили за домом Файрфлая, но он не вышел. Во вторник мы зря прождали его на бейсбольном матче. Он обманул нас и не пришёл. В среду он пришёл, но мы обманули его. Мы не пришли. В четверг никто из нас не пришёл. В пятницу игра не состоялась, мы слушали её по радио.

— Джеймс Бонд… Очаровательный секретный агент. «Взболтать, но не смешивать».
— Смотрю, ты не потерял своего утончённого чувства юмора, Валентин. Или тебе просто необходимы зрители? Кто это там воет, как кот?
— Воет? Это Ирина, моя девушка.
— Талант.

— Джейсон!
— Кто ты? Шпион?
— Не скажу ни «да», ни «нет». Ладно, шучу. Агент Уиллис Хантли. Я работаю на Лэнгли.
— О! Мне как раз нужна помощь армии и правительства, а ещё отправить весточку домой.
— Не выйдет. Я на нелегальном положении — прямого контакта с Управлением нет.
— Так ты тут один?
— Шутишь? У меня тут группа. Они в поле, но скоро вернутся. Снимки, которые они прислали, навели конкретный шорох. Всего сказать не могу, но поверь — дело крупное.
— Круто…
— Но мне нужна информация из ещё одного источника.

— Камеры. За нами следят.
— Что?! Камеры? Здесь? Но я же в ночной рубашке!

— Комынджокчеби, давайте… давайте задействуем Токкаси в Цветочном холме.
— Не поможет. Главнокомандующий либо слеп либо глуп, если до сих пор не распознал врага у себя под носом.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ