Цитаты про СМИ

Мы подготовили для вас подборку лучших, по нашему мнению, цитат про СМИ. Среди поучительных и полезных жизненных высказываний, мы надеемся, вы найдете нужное.

У нас большие проблемы! Потому что вы и многие миллионы таких же зомбированных телевизором слушаете меня сейчас. Потому что меньше 3% из вас читают книги. Потому что единственная правда для вас — это то, что дает вам этот ящик. Сегодня среди нас живет целое поколение людей, которые не знают ничего, кроме того, что получили из этого ящика. Этот ящик — их Евангелие. Божественное откровение. Этот ящик делает и свергает президентов, римских пап и премьер-министров. Этот ящик — страшнейшая дьявольская сила в этом безбожном мире, и горе нам, если он попадает в руки не тех людей! И когда крупнейшая корпорация в мире контролирует самую жуткую, дьявольскую пропагандистскую машину во всем этом безбожном мире, кто знает, какую хрень они впарят вам в качестве правды?!
Слушайте меня! Слушайте меня! Телевидение — это неправда. Телевидение — это проклятый луна-парк! Телевидение — это цирк, карнавал, шапито с акробатами, гадалками, танцорами, певцами, жонглерами, клоунами, укротителями львов и футболистами. Мы убиваем вашу скуку за деньги. А вы сидите там, день за днем, и даже ночью, любого возраста, цвета кожи и вероисповедания.
Мы — это все, что вы знаете. И вы начинаете верить в те иллюзии, которые мы тут раскручиваем. Вы верите, что реальность — это ящик, а не ваша жизнь. Вы делаете то, что ящик говорит вам! Вы одеваетесь как в ящике. Едите то, что в ящике. Воспитываете своих детей, как в ящике. Вы даже думаете, как это ящик. Это — массовое безумие! Вы — маньяки! Ради бога, вы — это реальность! Мы — иллюзия!

 Язвительная статья в журнале — это хорошо, но кирп

Нам ***ут мозги. Надо выключить телевизор и война закончится.

— Большинство наших газетчиков настолько непрофессиональны, что не способны выяснить даже то, что сегодня четверг.
— Сегодня среда, господин министр.

В этой стране пресса — подонок на подонке. Обо всех судят по себе.

Высшая власть предстает дорогим покойником: о ней только хорошо или ничего.

Где свободная пресса? Где журналисты?
Где точка зрения, которая неофициальна?
Они судят малолетних фашистов,
А наши власти, конечно, чисты кристально.

Газета больше радуется об одном грешнике, который перерезал горло своей возлюбленной, нежели о девяноста девяти праведниках, которые вступили в брак и живут долго и счастливо.

Если бы ведущие BBC были посимпатичнее, может быть, людям было бы не всё равно, что творится в Европе.

Встреча с большим числом журналистов – удовольствие. С маленьким количеством – неприятность. С одним – это казнь.

Я знаю, что делать с папарацци. Я буду каждую ночь в течение трех месяцев проводить с известной актрисой: одну ночь с Холли Берри, одну с Сальмой Хайек, потом прогуляюсь по пляжу, держась за руки с Леонардо ДиКаприо… Так я сведу их с ума.

Жизнь надо нюхать, а не читать пресс-релизы «парфюмеров» по поводу её запаха.

… Ничто так не отупляет человека, как ежедневное и внимательное чтение газет.

Раньше верхушка могла просто блокировать неугодные новости. Не выпускали их. Поэтому репортеры рисковали головой, иначе было не выпустить новость. Но сейчас не так. Теперь новость просто хоронят под кучей мусора желтой прессы. Как им это удается? Для людей мусор интереснее правды. Кому сегодня нужна правда?

— Если умственное развитие каждого будет на уровне шестилетнего ребенка, Великобритания станет счастливее. Мы будем радоваться чему угодно. Конфетам…
— Ну, СМИ же работают над этим, разве нет?

 Зло существовало всегда, но оно было сбалансирован

Это, конечно, не пропаганда, это чистая журналистика.

Политика, массовая культура, СМИ превращают людей в быдло.

Они скупили все СМИ, которые теперь дурачат общественность. СМИ превратились в мелочных торгашей корпоративными интересами, которые контролируют политическую власть.

Ложное сообщение, которому верят в течение трех дней, может быть очень полезно государю.

Не все газеты — желтые, не все журналы — глянцевые. Не все телевидение — сугубо развлекательное.

— У меня гениальные новости! Вчера в Денвере был вице-президент Дик Чейни и я взял у него интервью для нашей программы.
— Интервью с вице-президентом? Ну, честно говоря, я даже не знаю, как его поставить между соревнованием по поеданию пирогов и пацаном, который описался в понедельник.
— Да, но это настоящие новости!
— Это скучные новости!
— Слушайте, мне не нравится, в каком направлении движется наша программа. Мы отупляем нашу школу.
— Да нет, в школе и так все уже тупые. Мы даем им то, что они хотят.
— Мы делаем новости, приближенные к ученикам.
— Да, но это не новости, это отвратительная погоня за рейтингами! А как же наш журналистский долг рассказывать о фактах? Разве вы не видите, что происходит? Пытаясь конкурировать с нелепым шоу Крейга, мы дискредитировали само понятие новостей!

Д. Буш – Господи, ребята, я и половины не читал из того, что вы пишете.
Журналист – Ничего, и мы не слушаем половину из того, что вы говорите.
Д. Буш – Это я понял, прочитав половину из того, что вы пишете.

Разносчиками малярии являются комары, а безумия — Средства массовой информации.

Вот что самое ужасное в современном мире: люди думают, что герои телевизионных новостей умирают без боли и без крови.

Основное значение прессы состоит в том, что она учит людей с недоверием относиться к прессе.

Заголовки удваивают размер событий.

Для старого Рокфеллера издавали специальную газету, заполненную вымышленными новостями. Некоторые страны в состоянии издавать такие газеты не только для миллиардеров, но для всего населения.

Когда вместе сидишь под звёздами и знаешь, что вместе пойдёшь ко дну или поплывёшь дальше, терпимое отношение ко взглядам другого даётся куда легче, чем когда сидишь по разные стороны границы и, уткнув нос в газету или телеэкран, заглатываешь тщательно причёсанные фразы.

Собака смотрит на палку, а лев на того, кто ее кинул. Кстати, когда это понимаешь, становится намного легче читать нашу прессу.

 Личная жизнь — это личная жизнь! И не надо делать

Если вы увеличиваете процент потребления общедоступной информации, результат вашей мыслительной деятельности едва ли сможет претендовать на оригинальность.

Я не люблю разговаривать с журналистами, потому что большинство из них хотят сократить жизнь до статейки в одну страницу и все время заставляют тебя что-то сравнивать.

Если три разных источника рассказывают об одном и том же слово в слово, — это значит, что они врут.

Мы живем в мире, где реальность определяется газетной статьей и картинкой в телевизоре. Нет картинки — и события нет. Не написали газеты — так и не было этого.

У меня есть определённые правила, по которым я живу. Первое правило — я не верю ничему, что правительство мне говорит, ничему. Ноль. И к тому же, я не очень серьезно воспринимаю медиа или прессу в этой стране, которые в случае войны в Персидском заливе были просто работниками Департамента обороны, которым не выплатили жалование и которые большую часть времени функционировали как неофициальное агентство по связям с общественностью для правительства Соединённых Штатов. Так что не слушайте их.
Я не очень-то верю в свою страну. И должен вам сказать, народ, у меня не подкатывает ком к горлу насчет желтых лент и американских флагов. Я рассматриваю их как символы и оставляю эти символы для символично мыслящих.

Мы живем в странное время; война переместилась на новое пространство. Полем битвы стали средства массовой информации, и в этом новом конфликте трудно отделить Добро от Зла. Сложно понять, кто добрый, а кто злой: стоит переключиться на другой канал, и противники меняются местами. Телевидение приносит в мир зависть.

Пропаганда утрачивает силу, как только становится явной.

Я с детства знал, что газеты могут лгать, но только в Испании я увидел, что они могут полностью фальсифицировать действительность. Я лично участвовал в «сражениях», в которых не было ни одного выстрела и о которых писали, как о героических кровопролитных битвах, и я был в настоящих боях, о которых пресса не сказала ни слова, словно их не было. Я видел бесстрашных солдат, ославленных газетами трусами и предателями, и трусов и предателей, воспетых ими, как герои. Вернувшись в Лондон, я увидел, как интеллектуалы строят на этой лжи мировоззренческие системы и эмоциональные отношения.

В былые дни один человек мог заразить целый народ, особенно после изобретения радио.

Средства массовой информации есть не что иное, как пособники анархии.

Печатный станок является наиболее мощным оружием в арсенале современного военачальника.

Те, кто понимает опасность жирной пищи и переизбытка сахара, могут следить за тем, что и сколько они едят. Те же, кто понимает опасность переизбытка того, чем нас потчуют СМИ, перестают без разбора глотать «Playboy», «People», «Секс в большом городе» или «Танцы со звездами». Проведя все эти исследования, я перестал покупать журнал «Playboy» и почти никогда не включаю телевизор. В результате у меня появилось больше времени, чтобы кататься на велосипеде или читать книги. Стал я от этого счастливее или нет — не знаю, но, во всяком случае, я не пытаюсь сравнивать себя с Дональдом Трампом, а свою жену — с «мисс Февраль».

Как говорилось в одном итальянском фильме: … настоящий мужчина всегда должен пытаться, а настоящая девушка — сопротивляться. Это значит — власть стремится снизить количество критики в свой адрес, а СМИ всегда привлекают внимание к ошибкам властей. В этом — основа общества, и Россия в этом плане мало отличается от других стран.

Я так думаю: в мире всегда хватало насилия, просто сейчас, с развитием технологий, его стало гораздо лучше видно и слышно. Что наводнение в деревушке где-нибудь в Бангладеш, что перестрелка на школьном дворе — весь мир узнает об этом в мгновение ока.

Эпитафия нашей расе, написанная бегущими светящимися буквами, будет гласить: «Тем, кого боги хотят уничтожить, они сначала дают телевизор». Мы становимся расой созерцателей, а не созидателей. Но с другой стороны, смотреть телевизор — все равно что дышать: без него не обойтись. Человек может дольше прожить без еды, чем без информации. Загвоздка — в образовательной системе: людей надо обучать разборчивости. Только самодисциплина сможет противостоять тем волшебным силам, которые еще только будут вызваны нами к жизни. Иначе все станем морскими губками.

Когда прекращаешь смотреть телевизор и читать газеты, самое тяжкое — пережить эту первую утреннюю чашку кофе. В первый час после сна очень хочется быть в курсе всего, что творится в мире. Но ее новое правило: никакого радио. Никакого телевизора. Никаких газет. Глухая завязка.

Шпионы — вымирающая профессия. За них теперь все делают газеты.

Ведь какие идиоты вокруг. Они полагают, что система — это Путин. Или Обама. А если очень уверены, будто система — это ФРС и Йеллен-шмелен.
А система — это светящийся экран на расстоянии шестидесяти сантиметров от глаз. С которым мы трахаемся, советуемся и интересуемся, какие для нас сегодня будут новости. Путин, Обама, Йеллен — это на нём просто разные картинки. А экран один и тот же… Мы думаем, что экраном управляем наполовину мы, а на другую половину спецслужбы, но на самом деле сам экран уже давно управляет и нами, и спецслужбами. Вот что такое система. И как, спрашивается, с ней бороться, если про борьбу с ней мы читаем на том же экране?

Культивируя чистоту разума, нужно поменьше времени уделять телевизору и газетам.

Дайте мне средства массовой информации, и я из любого народа сделаю стадо свиней.

Широко распространенный нарочито искаженный канон женской красоты существует главным образом благодаря средствам массовой информации.

Не верьте тому, что пишут в газетах.

Он любил свою газету, как сигару после обеда, за лёгкий туман, который она производила в его голове.

Средства массовой информации не менее опасны, чем средства массового уничтожения.

Меня это всегда изумляло: суметь самое высокое из доступных человеку чувств, сострадание, превратить в ядовитое жало. Звучит-то как: «острая жалость».

Любой человек, управляющий средствами массовой информации, контролирует разум.

Можно подумать, что проблемы существуют только благодаря журналистам: если газетчики о них не говорят, то их и нет.

Мы, люди, берем кредиты, не думая о завтрашнем дне. А когда наступает момент платить по долгам, лезем в петлю. Мы придумываем тупые жаргоны и упрощаем нашу речь до минимума. Уже говорим междометиями и переписываемся смайликами. Мы смотрим клипы и глупые, но очень яркие блокбастеры. Не ради смысла – его нет, ради вспышек и частой смены кадров на экране. Цифровой наркотик нового поколения. Мы поклоняемся звездам из телевизора не за таланты, а за наглость и дешевый пафос. Зато смотреть на звезды настоящие считаем тупостью. Мы каждый день ставим лайки и делаем репосты красивым умным цитатам со смыслом, даже не читая их. Мы слушаем примитивную попсу из двух аккордов, а классическую музыку включаем только коровам и растениям, чтобы повысить надои и урожай. А еще мы заводим детей, чтобы всю оставшуюся жизнь нам было на ком срываться за собственные неудачи и ушедшую навсегда молодость. А не для того, чтобы подарить миру новую душу и любить ее просто за то, что она есть… Такое ощущение, что все мы крепко спим. Эпоха Кали-юга. Смерть бога. Всеобщий тотальный анабиоз.

Нам нужны средства массовой информации другой ориентации…

 Сообщения СМИ кажутся правдоподобными ровно до тех

… когда хорошо знаешь страну, тебе редко нравится то, что о ней пишут в газетах и журналах…

За всю неделю ни одной мировой катастрофы! Для чего же я покупаю газеты?

Печать — это ещё не общественное мнение.

В наше время люди узнают о том, что они думают, по телевизору.

Кто сказал, что американская пресса продажна? Нет, она не продажна, просто она продана один раз и навсегда.

Как и все художественные формы, фильм является средством массовой информации, столь же мощным, как оружие массового уничтожения; разница лишь в том, что война разрушает, а кино вдохновляет.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ